Выдержки из Кастанеды

Список разделов Главное Идущие своим путем

Описание: Осознания, личный опыт, теории форумчан, основанные, либо не противоречащие в своей основе материалу, излагаемому Лазаревым С.Н. в книгах Диагностика Кармы и Человек Будущего.
Внимание: в этом разделе автор созданной темы автоматически назначается Куратором темы, имеющим право удалять сообщения, а также закрывать и открывать свои темы.

  • 3

#1 Meчтатель » Ср, 15 ноября 2017, 21:42

О контролируемой глупости.

Из книги "ОТДЕЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ"

Ты не мог бы подробнее остановиться на своей контролируемой глупости
— Ты не мог бы подробнее остановиться на своей контролируемой глупости?
— Что именно тебя интересует?
— Расскажи, пожалуйста, что это вообще такое — контролируемая глупость.
Дон Хуан громко рассмеялся и звучно хлопнул себя по ляжке сложенной лодочкой ладонью.
— Вот это и есть контролируемая глупость, — со смехом воскликнул он, и хлопнул еще раз.
— Не понял…
— Я рад, что через столько лет ты, наконец, созрел и удосужился задать этот вопрос. В то же время, если б ты никогда этого не сделал, мне было бы все равно. Тем не менее, я выбрал радость, как будто меня в самом деле волнует, спросишь ты или нет. Словно для меня это важнее всего на свете. Понимаешь? Это и есть контролируемая глупость.
...
— По отношению к кому ты практикуешь контролируемую глупость, дон Хуан? — спросил я после продолжительной паузы.
Он усмехнулся.
— По отношению ко всем.
— Хорошо, тогда давай иначе. Как ты выбираешь, когда следует практиковать контролируемую глупость, а когда — нет?
— Я практикую ее все время.
Тогда я спросил, значит ли это, что он никогда не действует искренне, и что все его поступки — лишь актерская игра.
— Мои поступки всегда искренни, — ответил дон Хуан. — И все же они — не более, чем актерская игра.
— Но тогда все, что ты делаешь, должно быть контролируемой глупостью, — изумился я.
— Так и есть, — подтвердил он.
— Но этого не может быть! — возразил я. — Не могут все твои действия быть контролируемой глупостью.
— А почему бы и нет? — с загадочным видом спросил он.
— Это означало бы, что в действительности тебе ни до чего и ни до кого нет дела. Вот, я, например. Уж не хочешь ли ты сказать, что тебе безразлично, стану я человеком знания или нет, жив я или умер, и что вообще со мной происходит?
— Совершенно верно. Меня это абсолютно не интересует. И ты, и Лусио, и любой другой в моей жизни — не более, чем объекты для практики контролируемой глупости.
На меня нахлынуло какое-то особое ощущение пустоты. Было ясно, что у дона Хуана действительно нет никаких причин заботиться обо мне. С другой стороны, я почти не сомневался, что его интересую я лично. Иначе он не уделял бы мне столько внимания. А может быть, он сказал так потому, что я действую ему на нервы? В конце концов, у него были на то основания: я же отказался у него учиться.
— Я подозреваю, что мы говорим о разных вещах, — сказал я. — Не следовало брать меня в качестве примера. Я хотел сказать — должно же быть в мире хоть что-то тебе небезразличное, что не было бы объектом для контролируемой глупости? Не представляю, как можно жить, когда ничто не имеет значения.
— Это было бы верно, если бы речь шла о тебе, — сказал он. — Происходящее в мире людей имеет значение для тебя. Но ты спрашивал обо мне, о моей контролируемой глупости. Я и ответил, что все мои действия по отношению к самому себе и к остальным людям — не более, чем контролируемая глупость, поскольку нет ничего, что имело бы для меня значение.
— Хорошо, но если для тебя больше ничто не имеет значения, то как же ты живешь, дон Хуан? Ведь это не жизнь.
Он засмеялся и какое-то время молчал, как бы прикидывая, стоит ли отвечать. Потом встал и направился за дом. Я поспешил за ним.
— Постой, но ведь я действительно хочу понять! Объясни мне, что ты имеешь в виду.
— Пожалуй, объяснения тут бесполезны. Это невозможно объяснить, — сказал он. — В твоей жизни есть важные вещи, которые имеют для тебя большое значение. Это относится и к большинству твоих действий. У меня — все иначе. Для меня больше нет ничего важного — ни вещей, ни событий, ни людей, ни явлений, ни действий — ничего. Но все-таки я продолжаю жить, потому что обладаю волей. Эта воля закалена всей моей жизнью и в результате стала целостной и совершенной. И теперь для меня не важно, имеет что-то значение или нет. Глупость моей жизни контролируется волей.
Он опустился на корточки и потрогал растения, которые сушились под солнцем на куске мешковины. Я был совершенно сбит с толку. После длительной паузы я сказал, что некоторые поступки наших ближних все же имеют решающее значение. Например, ядерная война. Трудно представить более яркий пример. Стереть с лица земли жизнь — что может быть страшнее?
— Для тебя это так. Потому что ты думаешь, — сверкнув глазами, сказал дон Хуан. — Ты думаешь о жизни. Но не видишь.
— А если б видел — относился бы иначе? — осведомился я.
— Научившись видеть, человек обнаруживает, что одинок в мире. Больше нет никого и ничего, кроме той глупости, о которой мы говорим, — загадочно произнес дон Хуан.
Он помолчал, глядя на меня и как бы оценивая эффект своих слов.
— Твои действия, равно как и действия твоих ближних, имеют значение лишь постольку, поскольку ты научился думать, что они важны.
Слово «научился» он выделил какой-то странной интонацией. Я не мог не спросить, что он имеет в виду.
Дон Хуан перестал перебирать растения и посмотрел на меня.
— Сначала мы учимся обо всем думать, — сказал он, — а потом приучаем глаза смотреть на то, о чем думаем. Человек смотрит на себя и думает, что он очень важен. И начинает чувствовать себя важным. Но потом, научившись видеть, он осознает, что не может больше думать о том, на что смотрит. А когда он перестает думать о том, на что смотрит, все становится неважным.

«Если все равнозначно, то почему бы не выбрать смерть?»
Я заявил, что, доводя наш спор до логического конца, можно сказать: «Если все равнозначно, то почему бы не выбрать смерть?»
— Иногда человек знания так и поступает, — сказал дон Хуан. — И однажды он может просто исчезнуть. В таких случаях люди обычно думают, что его за что-то убили. А он просто выбрал смерть, потому что для него это не имело значения. Я выбрал жизнь. И смех. Причем вовсе не оттого, что это важно, а потому, что такова склонность моей натуры. Я говорю «выбрал», потому что вижу. Но на самом деле выбрал не я. Моя воля заставляет меня жить вопреки тому, что я вижу в мире. Ты сейчас не можешь меня понять из-за своей привычки думать так, как ты смотришь.
Последняя фраза меня заинтриговала. Я спросил, что он имеет в виду.
Дон Хуан несколько раз дословно повторил ее, а потом объяснил, что, говоря «думать», имеет в виду устойчивые постоянные понятия, которые есть у нас обо всем в мире. Он сказал, что видение избавляет от привычки к ним. Но пока я не научусь видеть, мне не удастся понять, о чем идет речь.
— Но если ничто не имеет значения, дон Хуан, то с какой стати должно иметь значение — научусь я видеть или нет?
— Я уже говорил тебе, что наша судьба как людей — учиться для добра или зла. Я научился видеть, и говорю, что нет ничего, что имело бы значение. Теперь — твоя очередь. Вполне вероятно, что в один прекрасный день ты научишься видеть, и тогда сам узнаешь, что имеет значение, а что — нет. Для меня нет ничего, имеющего значение, но для тебя, возможно, значительным будет все. Сейчас ты должен понять: человек знания живет действием, а не мыслью о действии. Он выбирает путь сердца и следует по этому пути. Когда он смотрит, он радуется и смеется; когда он видит, он знает. Он знает, что жизнь его закончится очень скоро: он знает, что он, как любой другой, не идет никуда: и он знает, что все равнозначно. У него нет ни чести, ни достоинства, ни семьи, ни имени, ни родины. Есть только жизнь, которую нужно прожить. В таких условиях контролируемая глупость — единственное, что может связывать его с ближними. Поэтому он действует, потеет и отдувается. И взглянув на него, любой увидит обычного человека, живущего так же, как все. Разница лишь в том, что глупость его жизни находится под контролем. Ничто не имеет особого значения, поэтому человек знания просто выбирает какой-то поступок и совершает его. Но совершает так, словно это имеет значение. Контролируемая глупость заставляет его говорить, что его действия очень важны, и поступать соответственно. В то же время он прекрасно понимает, что все это не имеет значения. Так что, прекращая действовать, человек знания возвращается в состояние покоя и равновесия. Хорошим было его действие или плохим, удалось ли его завершить — до этого ему нет никакого дела.
С другой стороны, человек знания может вообще не совершать никаких поступков. Тогда он ведет себя так, словно эта отстраненность имеет для него значение. Так тоже можно, потому что и это будет контролируемая глупость.
В длинных и путаных выражениях я попытался объяснить дону Хуану, что меня интересуют мотивы, заставляющие человека знания действовать определенным образом вопреки пониманию того, что ничто не имеет значения. Усмехнувшись, он ответил:
— Ты думаешь о своих действиях, поэтому тебе необходимо верить, что действия эти важны настолько, насколько ты их таковыми считаешь. Но в действительности из всего, что человек делает, нет ничего, что имело бы значение. Ничего! Но как тогда я могу жить? Ведь ты об этом спрашивал? Проще было бы умереть; ты так говоришь и считаешь, потому что думаешь о жизни. Как, например, думаешь сейчас, на что похоже видение. Ты требуешь от меня описания такого, которое позволило бы тебе об этом думать, как ты думаешь обо всем остальном. Но в случае видения думать вообще невозможно. Поэтому мне никогда не удастся объяснить тебе, что это такое. Теперь по поводу моей контролируемой глупости. Ты хочешь услышать о причинах, которые побуждают меня действовать именно так, но я могу сказать лишь одно — контролируемая глупость очень похожа на видение. Ни о том, ни о другом думать невозможно.
Дон Хуан зевнул, лег на спину и потянулся, хрустнув суставами.
— Ты слишком долго отсутствовал, — сказал он, — и ты слишком много думаешь.

Как человек знания применяет контролируемую глупость, если умирает тот, кого он любит?
— Как человек знания применяет контролируемую глупость, если умирает тот, кого он любит?
Вопрос застал дона Хуана врасплох. Он удивленно взглянул на меня.
— Возьмем Лусио, — развил я свою мысль. — Если он будет умирать, останутся ли твои действия контролируемой глупостью?
— Давай лучше возьмем моего сына Эулалио. Это — более подходящий пример, — спокойно ответил дон Хуан. — На него свалился обломок скалы, когда мы работали на строительстве Панамериканской магистрали. То, что я делал, когда он умирал, было контролируемой глупостью. Подойдя к месту обвала, я понял, что он уже практически мертв. Но он был очень силен, поэтому тело еще продолжало двигаться и биться в конвульсиях. Я остановился перед ним и сказал парням из дорожной бригады, чтобы они его не трогали. Они послушались и стояли вокруг, глядя на изуродованное тело. Я стоял рядом, но не смотрел, а сдвинул восприятие в положение видения. Я видел, как распадается его жизнь, расползаясь во все стороны подобно туману из мерцающих кристаллов. Именно так она обычно разрушается и испаряется, смешиваясь со смертью. Вот что я сделал, когда умирал мой сын. Это — единственное, что вообще можно сделать в подобном случае. Если бы я смотрел на то, как становится неподвижным его тело, то меня бы изнутри раздирал горестный крик, поскольку я бы чувствовал, что никогда больше не буду смотреть, как он, красивый и сильный, ступает по этой земле.
Но я выбрал видение. Я видел его смерть, и в этом не было печали, не было вообще никакого чувства. Его смерть была равнозначна всему остальному.
Дон Хуан замолчал: он казался печальным. Вдруг он улыбнулся и потрепал меня по затылку.
— Другими словами, когда умирает тот, кого я люблю, моя контролируемая глупость заключается в смещении восприятия, — сказал он.
Я вспомнил тех, кого любил сам, и сердце защемило от приступа жалости к себе.
— Счастливый ты, дон Хуан. Умеешь сдвигать восприятие. А я могу только смотреть…
Мои слова его рассмешили.
— Счастливый… Осел! — произнес он. — Это — тяжкий труд.
Мы засмеялись. После длительной паузы я снова начал его расспрашивать, видимо для того, чтобы развеять собственную печаль.
— Дон Хуан, если я правильно понимаю, в жизни человека знания контролируемой глупостью не являются только действия в отношении союзников и Мескалито? Верно?
— Верно, — кивнул он. — Союзники и Мескалито — существа совершенно иного плана. Моя контролируемая глупость распространяется только на меня и на мои действия по отношению к людям.
— Да, но логически можно предположить, что человек знания мог бы рассматривать как контролируемую глупость также и свои действия в отношении союзников и Мескалито, не так ли?
Какое-то время он молча смотрел на меня.
— Снова ты начинаешь думать. Человек знания не думает, поэтому возможность такого логического предположения для него исключена. Возьмем, к примеру, меня. Я говорю, что практикую контролируемую глупость по отношению к людям, и говорю так потому, что способен их видеть. Однако я не могу увидеть, что скрывается за союзником, поэтому он для меня непостижим. Как, скажи на милость, могу я контролировать свою глупость, сталкиваясь с тем, чего не понимаю? По отношению к союзнику и Мескалито я всего лишь человек, который знает как видеть, человек, который поражен тем, что он видит; человек, которому никогда не будет дано постичь все, что его окружает.
Теперь возьмем, к примеру, тебя. Мне безразлично, станешь ты человеком знания или нет, а Мескалито это почему-то не безразлично. Ясно, что для него это имеет какое-то значение, иначе он не стал бы столько раз и так явно демонстрировать свою заинтересованность в тебе. Он позволил мне это заметить, и я иду ему навстречу хотя причины, заставляющие Мескалито действовать таким образом, для меня непостижимы.
Meчтатель
Автор темы


Re: Выдержки из Кастанеды

#81 Meчтатель » Чт, 30 ноября 2017, 22:46

Все ловятся на той ошибке, что видение осуществляется глазами
— Все ловятся на той ошибке, что видение осуществляется глазами, — продолжал он. — Но не удивляйся, что после стольких лет ты не понял, что видение — это не дело глаз. Вполне естественно впадать в эту ошибку.
— Что же тогда такое видение? — спросил я.
Он ответил, что видение — это настройка. Я напомнил ему, что он сказал, что восприятие — это настройка. Тогда он объяснил, что настройка эманаций, осуществляемая обычно, - это восприятие повседневного мира, а настройка эманаций, которые никогда не использовались в обычном смысле — это видение. Когда такая настройка происходит, человек видит. Следовательно, видение, возникающее от необычной настройки, не может быть чем-то, на что смотрят. Он сказал, что, несмотря на то, что я «видел» бесчисленное число раз, мне все же не пришло в голову отказаться от своих глаз. Ты подпал под влияние того, что видение было помечено и описано.
— Когда видящие видят, то что-то или кто-то объясняет по мере того, как возникает новая настройка, - продолжал он. - И некий голос говорит им в их уши, что есть что… Если такой голос отсутствует, тогда то, во что вовлечен видящий, не является видением.
После минутного молчания он продолжил объяснения относительно голоса видения. Он сказал, что равным образом было бы безумием говорить, что видение — это слышание, поскольку это бесконечно больше, однако видящие вынуждены избрать звук в качестве знака новой настройки.
Он назвал голос видения наиболее таинственной, необъяснимой вещью.
— Моим личным выводом является то, что голос видения присущ только человеку, — сказал он. — Это может быть так, потому что речь — это нечто такое, чего не имеет никто другой, кроме человека. Древние видящие верили, что это голос могущественной сущности, интимно связанной с человеком — голос хранителя человека. Новые видящие нашли, что это существо, которое они назвали человеческой формой, не имеет голоса. Поэтому для новых видящих голос видения — это что-то совершенно непостижимое. Они говорят, что свет сознания играет на эманациях Орла, как арфист играет на струнах.
...
Дон Хуан сказал, что то давление, которое оказывают эманации, внешние по отношению к кокону и называемые «эманации в великом», на эманации внутри него, одинаково для всех чувствующих существ, однако результат этого давления очень различен для них, поскольку их коконы реагируют на это давление совсем по-разному. Но в некоторых границах есть все же какая-то степень подобия.
— Итак, — продолжал он, — когда видящие видят, как давление «эманаций в великом» действует на внутренние эманации, которые всегда в движении, и как они заставляют их остановиться, тогда видящие знают, что светящееся существо охвачено осознаванием.
Сказать, что эманации в великом давят на эманации в коконе, заставляя их остановить свое движение, означает, что видящие видят что-то неописуемое, смысл чего они знают без тени сомнения. Это означает, что голос видения сказал им, что эманации в коконе совершенно успокоились и встретились с некоторыми из тех, что вовне.
Он сказал, что видящие, естественно, считают, что сознание всегда приходит извне себя, что настоящая тайна лежит вне нас. Поскольку по природе эманации в великом служат для того, чтобы фиксировать то, что в коконе, то трюк сознания состоит в том, чтобы позволить фиксирующим эманациям слиться с теми, что внутри нас. Видящие полагают, что если мы позволим этому случиться, мы станем тем, чем в действительности являемся — текучими, всегда в движении, вечными.

Внимание — это единственное величайшее человеческое достижение
Неожиданно дон Хуан начал свои объяснения. Его голос потряс меня. Он сказал, что после тяжелого труда видящие пришли к выводу, что сознание взрослых людей, окрепшее в процессе роста, больше нельзя называть сознанием, поскольку оно изменилось в нечто гораздо более интенсивное и сложное, и это видящие называли вниманием.
— Как сумели видящие узнать, что человеческое сознание развивается, и что оно растет? — спросил я.
Он ответил, что во время роста человеческих существ полоса эманаций внутри их коконов становится очень яркой, и по мере того, как люди накапливают опыт, она начинает светиться. В некоторые моменты свечение этой полосы эманаций возрастает настолько, что начинает сливаться с внешними эманациями. Видящие, свидетели усиления такого рода, предположили, что сознание — это сырье, а внимание — конечный продукт созревания.
— Как видящие описывают внимание? — спросил я.
— Они говорят, что внимание — это управление и усиление сознания посредством процесса жизни, — ответил он.
Он отметил, что опасность определений в том, что они упрощают процессы, чтобы сделать их понятными. Например, в данном случае, определяя внимание, мы рискуем перевести магическое, чудесное достижение во что-то обыденное. Внимание — это единственное величайшее человеческое достижение. Оно развивается из глубокого животного сознания, пока не покроет всю гамму человеческого выбора. Видящие совершенствуют его еще дальше, пока оно не охватит весь диапазон человеческих возможностей.
Я захотел узнать, придается ли особое значение терминам «человеческий выбор» и «человеческие возможности».
Дон Хуан ответил, что человеческий выбор — это все, что мы можем избрать как личности. Выбор имеет отношение к нашему повседневному диапазону, и в силу этого он ограничен по числу и кругозору. Человеческие возможности относятся к неведомому. Они относятся не к тому, что мы можем избрать, а к тому, чего мы можем достичь. Он сказал, что примером человеческого выбора будет наша склонность верить, что человеческое тело — это вещь среди вещей, а примером человеческих возможностей является достижение видящими способности воспринимать человека в виде яйцеобразного светящегося существа. Телом-вещью ты соприкасаешься с известным, а телом, как светящимся яйцом — с неведомым. Следовательно, человеческие возможности почти неисчерпаемы.
— Видящие говорят, что существует три типа внимания, — продолжал дон Хуан. — Когда они говорят так, они относят это только к людям, а не ко всем чувствующим существам. Но это не просто типы внимания, это, скорее, три уровня достижений: первое, второе и третье внимание. Каждое из них — независимая область, полная в себе (завершенная в себе).
Он объяснил, что первое внимание в человеке — это животное сознание, которое было развито в процессе опыта в сложную, запутанную и чрезвычайно хрупкую способность, занятую повседневным миром во всех его бесчисленных аспектах. Другими словами, все о чем человек может думать, является частью первого внимания.
— Первое внимание — это все, что мы собой представляем, как обычные люди, — продолжал он, — и благодаря такому абсолютному праву в нашей жизни первое внимание является наиболее ценной гранью среднего человека. Возможно, это его единственная грань.
Взяв в расчет эту истинную ценность, новые видящие начали строгое исследование первого внимания с помощью видения. Их находки вылились в их взгляды и взгляды всех их последователей, хотя большинство из них совсем не поняли, что видели те видящие.
Он особенно предупредил меня, что выводы этого строгого исследования новых видящих имеют очень мало общего с рассудком или рациональностью, так как для того, чтобы изучить и объяснить первое внимание, нужно его видеть. Только видящие могут сделать это. Однако исследовать то, что видящие видят в первом внимании, совершенно необходимо. Оно предоставляет первому вниманию единственную возможность, которую то имело когда-либо — осознать собственную работу.
— В смысле того, что видят видящие, как первое внимание — это свет сознания, развитый в сверхсветимость, — продолжал он. — Однако этот свет фиксирован, так сказать, на поверхности кокона. Этот свет охватывает известное.
С другой стороны, второе внимание — это более сложное и специализированное состояние света сознания. Оно имеет дело с неведомым. Оно приходит, когда включаются неиспользованные эманации внутри человеческого кокона.
Причина, по которой я назвал второе внимание «специализированным состоянием», состоит в том, что для использования этих необычных эманаций мы нуждаемся в новой искусной тактике, которая требует совершенной дисциплины и сосредоточенности.
Он сказал, что говорил мне раньше, когда обучал искусству сновидения, что сосредоточение необходимое для того, чтобы осознать что ты видишь сон — это предшественник второго внимания. Это сосредоточение является видом сознания, которое относится не к той же категории, к какой относится сознание, необходимое для деятельности в повседневном мире. Он сказал также, что второе внимание называется «левосторонним сознанием», и что это обширнейшее поле, какое только можно вообразить — фактически, настолько обширное, что почти безграничное.
— Я не хотел бы заблудиться в нем ни за что на свете, — продолжал он. — Это настолько сложное и странное болото, что трезвые видящие входят в него при строжайших ограничениях. Большую трудность представляет то, что вхождение во второе внимание предельно просто, а его соблазн почти непреодолим.
Он сказал, что древние видящие, будучи экспертами сознания, применили свои способности к исследованию собственного света сознания и заставили его расширяться до невообразимых пределов. Фактически, они стремились озарить все эманации внутри кокона, по одной полосе одновременно. Они преуспели в этом, но, как ни странно, достижение озаренности только одной полосы одновременно стало инструментом их увязания в болоте второго внимания.
— Новые видящие исправили эту ошибку, — продолжал он, — и позволили мастерству управления сознанием развиться до своего естественного конца, который состоит в том, чтобы расширить свет сознания за границы светящегося кокона одним единственным усилием. Третье внимание достигается тогда, когда свет сознания обращается во внутренний огонь — сияние, зажигающее не одну только полосу, а все эманации Орла внутри человеческого кокона.
Дон Хуан выразил свой благоговейный ужас перед сознательным усилием новых видящих в стремлении достичь третьего внимания еще при жизни сознательной личности.
Он сказал, что не считает полезным обсуждать отдельные случаи с людьми и другими чувствующими существами, входившими в неведомое и непостижимое бессознательно — он назвал это даром Орла. Он уверил меня, что для новых видящих вхождение в третье внимание — это также дар, но он имеет другое значение: он похож на награду за достижения.
Он добавил, что в момент смерти все люди входят в непостижимое, и некоторые из них даже достигают третьего внимания, но, в общем, только на краткий миг и то лишь для того, чтобы очистить пищу Орла.
Высшим достижением человека будет, — сказал он, — достичь этого уровня внимания при сохранении силы жизни, не став развоплощенным сознанием, движущимся, как мотылек света к клюву Орла, чтобы быть поглощенным.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#82 Meчтатель » Сб, 2 декабря 2017, 11:13

Что видят видящие, когда смотрят на самопоглощенные человеческие существа?
Дон Хуан продолжил свои объяснения и сказал, что новые видящие, исследуя первое внимание, осознали, что все органические существа, за исключением человека, успокаивают свои взволнованные и пойманные эманации таким образом, что те выстраиваются так, чтобы встретиться со своими внешними партнерами. Люди не делают этого. Вместо этого их первое внимание перечисляет (каталогизирует) эманации Орла внутри кокона.
— Что это за перечисление, дон Хуан? — спросил я.
— Люди замечают эманации, которые есть у них внутри кокона, — ответил он. — Ни одно другое существо не делает этого. В тот момент, когда давление эманаций в великом фиксирует внутренние эманации, первое внимание начинает следить за собой. Оно замечает все о себе, или, по крайней мере, стремится к этому, каким бы странным путем это ни шло. Этот процесс видящие и называют перечислением.
Я не хочу сказать, что люди сами избирают этот процесс или, что они могут отказаться от него. Перечислить эманации — это команда Орла, однако то, что открыто волевому усилию, это способ повиновения этой команде.
Он сказал, что, хотя сам не любит называть эманации командами, это все же то, чем они являются — командами, которым никто не может противиться. И все же путь выхода из повиновения командам — повиновение им.
— В случае с каталогом-перечислением первого внимания, — продолжал он, — видящие принимают это, поскольку не могут не повиноваться, но, сделав так, они отбрасывают это: Орел не потребовал от нас почитать этот каталог-перечисление — он потребовал только делать это — это все.
— Как же видят видящие, что люди делают перечисление? — спросил я.
— Эманации внутри кокона человека не успокаиваются с целью встречи с внешними эманациями, — ответил он. — И это очевидно, когда увидишь, что делают другие существа. Успокоившись, некоторые из них действительно сливаются с эманациями в великом и движутся с ними. Видящие могут видеть, например, как свет эманаций скарабея расширяется до грандиозных размеров.
Люди же успокаивают свои эманации, а потом размещают над ними эманации фокусирующие на самих себе.
Он сказал, что люди доводят команду перечисления до ее логического предела и пренебрегают всем остальным. А если они глубоко вовлечены в перечисление, могут случиться две вещи: они могут либо игнорировать импульсы эманаций в великом, либо использовать их весьма своеобразно.
Конечным результатом игнорирования этих импульсов, после выполнения перечисления, будет рассудок, а результат использования каждого импульса специализированным образом известен как самопоглощение (нарциссизм).
Человеческий рассудок предстает перед видящим как необычно однородное слабое свечение, которое редко отвечает на постоянное давление эманаций в великом. Это свечение делает яйцеобразную форму тверже, но более хрупкой.
Дон Хуан заметил, что разум у человеческого вида должен был бы быть в изобилии, однако в действительности он очень редок. Большинство людей обращено к самопоглощению.
Он заверил меня, что сознание всех живых существ имеет какую-то степень самосознания, нужную для взаимодействия, однако ни одно из них, за исключением первого внимания человека, не обладает такой мерой самопоглощения. Вопреки рассудку, игнорирующему эманации в великом, самопоглощенные лица используют каждый импульс и превращают его в силу, возбуждающую пойманные в их коконе эманации.
Наблюдая все это, видящие пришли к практическим выводам. Они увидели, что люди рассудка должны были бы жить дольше, поскольку, пренебрегая импульсами эманаций в великом, они успокаивают естественное возбуждение внутри кокона. Самопоглощенные, с другой стороны, использующие эманации в великом для создания большего возбуждения, укорачивают свою жизнь.
— Что видят видящие, когда смотрят на самопоглощенные человеческие существа? — спросил я.
— Они видят их как перемежающиеся вспышки белого света, за которыми следуют длинные паузы темноты, — ответил он.

Первое внимание потребляет весь свет сознания, который есть у людей, и не остается ни капли свободной энергии.
— Вещи, которые пока трудно, если вообще возможно, объяснить тебе сейчас. До сих пор у тебя все еще нет достаточного запаса энергии для входа в неведомое с тем, чтобы это имело для тебя смысл. Когда новые видящие распределяли порядок истин сознания, они увидели, что первое внимание потребляет весь свет сознания, который есть у людей, и не остается ни капли свободной энергии. Теперь это твоя проблема. Тогда новые видящие предложили, чтобы воины, поскольку они должны входить в неведомое, запасали энергию. Но где взять энергию, если она вся захвачена? Пусть они получат ее, сказали новые видящие, путем искоренения ненужных привычек.
Он прекратил разговор и попросил задавать вопросы. Я спросил его:
— Искоренение ненужных привычек дает свет сознанию?
Он ответил, что это отрывает сознание от самоотражения и дает ему свободу фокусироваться на чем-либо еще.
— Неведомое всегда присутствует, — сказал он, — однако оно вне возможностей восприятия нашего обыденного сознания. Неведомое — это поверхностная часть у обычного человека. И оно поверхностно потому, что средний человек не имеет достаточно свободной энергии, чтобы схватить его.

— Давай поговорим еще немного о древних видящих
— Давай поговорим еще немного о древних видящих. Я говорил тебе, что Хенаро очень похож на них.
Затем он ввел меня в большую комнату. Мы сели, он начал свои разъяснения.
— Новые видящие были просто устрашены теми знаниями, которые накопили древние в течение многих, многих лет, — сказал дон Хуан. — Новые видящие знали, что эти знания ведут лишь к полному уничтожению, но все же они были зачарованы ими, особенно ритуалами.
— Как новые видящие узнали о тех ритуалах? — спросил я.
— Они были наследниками древних толтеков, — ответил он. — Новые видящие узнали о них по мере продвижения. Они вряд ли использовали их когда-нибудь, однако ритуалы остались, как часть их знания.
— Что это за ритуалы, дон Хуан?
— Это все очень темные формулы, заклинания, длительные процедуры, которые предназначались для управления очень таинственной силой. По крайней мере, она была таинственной для древних толтеков, которые ее маскировали и делали более устрашающей, чем она является на самом деле.
— Что же это за таинственная сила? — спросил я.
— Это сила, которая присутствует повсюду во всем существующем, — ответил он. — Древние видящие никогда не пытались раскрыть истину об этой силе, которая заставляла их создавать эти тайные ритуалы. Они просто приняли ее, как нечто священное. Однако новые видящие взглянули на нее поближе и назвали ее волей — волей эманаций Орла, или намерением.
Далее дон Хуан объяснил, что древние толтеки разделили свои тайные знания на пять частей, по две категории в каждой: земля и темные области, огонь и воды, верхний и нижний, громкий и безмолвный, движущийся и неподвижный. Он пояснил, что при этом могла накопиться тысяча различных приемов, которые все более и более усложнялись со временем.
— Тайные знания о земле, — продолжал он, — относились ко всему, что стоит на земле. Были особые наборы движений, слов, мазей и ядов, которые применялись к людям, животным, насекомым, деревьям, маленьким растениям, камням, почве.
Эти ритуалы превратили древних видящих в устрашающие существа, их тайные знания о земле использовались либо для заботы, либо для разрушения всего, что стоит на земле.
Двойником земли было то, что они знали, как темные области. Эти ритуалы были еще более опасными: они имели дело с существами без органической жизни — с живыми существами, присутствующими на земле и населяющими ее совместно со всеми органическими существами.
Несомненно, что одной из наиболее ценных находок древних видящих, особенно для них самих, было открытие, что органическая жизнь — это не единственная форма жизни, присутствующая на земле.
Я не совсем понял то, что он сказал, и мне пришлось подождать дальнейших объяснений.
— Органические существа — это не единственные существа, имеющие жизнь, — сказал он и опять помедлил, как бы давая мне время на обдумывание его утверждения.
Я пустился в долгую аргументацию относительно определений жизни и того, что значит быть живым. Я говорил о размножении, обмене веществ и росте — о тех процессах, которые отличают живые организмы от неодушевленных предметов.
— Все это относится к органике, — сказал он. — Но это только одна возможность. Ты должен выводить все, что хочешь сказать, только из одной категории.
— Но как же еще может быть, дон Хуан? — спросил я.
— Для видящих быть живым — значит сознавать, — ответил он. — Для обычного человека сознавать — значит быть каким-то организмом. В этом вопросе видящие отличаются: для них сознавать означает, что эманации, вызывающие сознание, заключены во вместилище.
Органические живые существа имеют кокон, в который заключены эманации. Но есть и другие существа, чьи вместилища для видящего не имеют формы кокона. И все же они имеют в себе эманации сознания и характеристики жизни, которые отличные от воспроизведения и обмена веществ.
— Какие характеристики, дон Хуан?
— Такие, как эмоциональная зависимость, печаль, радость, гнев, и так далее, и тому подобное. Да, я забыл лучшее из всего — любовь! Род любви, о котором человек не может даже и помыслить!
— Ты это серьезно, дон Хуан? — спросил я горячо.
— Совершенно серьезно, — ответил он с каменным выражением лица, а затем разразился смехом. — Если мы возьмем за основу то, что видят видящие, то жизнь, в самом деле, нечто необычайное.
— Если те существа живые, почему же они не дадут о себе знать? — спросил я.
— Они все время это делают, и не только видящим, но и обычным людям. Но дело в том, что вся наличная энергия у людей поглощена внешним вниманием. Перечисления, которыми занимаются люди, не только всю ее забирают, но и огрубляют оболочку кокона до того, что делают ее негибкой. При таких обстоятельствах нет возможного взаимодействия.

Он сказал, что следующая из великих находок относилась к другой категории тайных знаний: огню и воде. Они открыли, что пламя имеет очень странные особенности: оно может переносить человека телесно, так же как и вода.
Дон Хуан назвал это блестящим открытием. Я отметил, что есть основные законы физики, которые доказывают, что это невозможно. Он попросил меня подождать, пока он объяснит все, а затем уже делать любые выводы. Он заметил, что мне следует контролировать свою излишнюю рассудочность, поскольку она постоянно влияет на мое состояние повышенного сознания. Это не тот случай, когда нужно обязательно реагировать на внешнее влияние, а тот, когда можно попасться в собственные сети.
Он продолжил и объяснил, что древние толтеки, хотя и были видящими, не понимали того, что видят. Они просто пользовались своими приемами, не заботясь о том, чтобы связать их в более широкой перспективе. В случае из категорий огня и воды, они разделили огонь на жар и пламя, а воду на влажность и текучесть. Они соотносили жар и влажность и называли их меньшими качествами. Пламя и текучесть они считали высшими, магическими качествами, и использовали их как средства телесного перенесения в область неорганической жизни. Древние видящие увязали в болоте между своими знаниями о такого рода неорганической жизни и своими методами работы с огнем и водой.
Дон Хуан заверил меня, что новые видящие согласились, что открытие неорганических живых существ действительно необычайно, но не в том смысле, в котором думали об этом древние видящие. Так, их положение из-за однозначной связи с другого рода жизнью дало им ложное чувство неуязвимости, которое и определило их судьбу.
Я хотел, чтобы он объяснил древние методы работы с огнем и водой более подробно. На это он сказал, что знания древних видящих настолько сложны, насколько бесполезны, и он только делает обзор их.
Затем он кратко описал методики для верхнего и нижнего. Верхнее имеет дело с тайными знаниями о ветре, дожде, грозе, облаках, громе, дневном свете и солнце. Знание о нижнем относится к туману, воде подземных источников, болотам, ударам молний, землетрясениям, ночи, лунному свету и луне.
Громкость и безмолвие были категориями тайных знаний, где манипулировали звуком и безмолвием. А с подвижным и неподвижным были связаны приемы работы с движением и неподвижностью.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#83 Meчтатель » Пн, 4 декабря 2017, 7:58

Нет ничего более одинокого, чем вечность, и ничего более ужасного, чем быть просто человеческим существом
Дон Хуан заметил, что в жизни воина очень естественно чувствовать печаль безо всякой видимой причины. Видящие говорят, что светящееся яйцо, как поле энергии, ощущает свое конечное назначение, когда границы известного разбиты. Простого взгляда на вечность вне кокона достаточно, чтобы прервать уют, созданный перечислением. Возникающая от этого тоска может быть столь интенсивной, что приводит почти к смерти.
Он сказал, что наилучший способ отделаться от меланхолии — это пошутить над ней. Он сказал насмешливо, что мое первое внимание делает все для восстановления порядка, который был нарушен моим контактом с олли. А поскольку невозможно восстановить его рассудочно, мое первое внимание делает это, фокусируясь на печали.
Я сказал ему, что, несмотря на это, тоска остается реальной. Ни потакание ей, ни осмеивание ее не являются частью чувства одиночества, которое возникает у меня при воспоминании о тех глубинах.
— Наконец-то что-то дошло и до тебя, — сказал он. — Нет ничего более одинокого, чем вечность, и ничего более ужасного, чем быть просто человеческим существом. Это еще одно противоречие: как может человек, сохраняя ограничения своей человечности, все же весело и целеустремленно входить в абсолютное одиночество вечности? Когда ты разрешишь эту загадку, ты будешь готов к окончательному путешествию.
...
— Я объяснил тебе, что цель новых видящих — стать свободными, а свобода содержит в себе весьма разрушительные предпосылки, и среди них та, что воины должны искать целенаправленных изменений. Твой выбор до сих пор — это жить той жизнью, какую ты ведешь. Ты стимулируешь свой рассудок, просматривая свой список-перечисление и сопоставляя его с перечислениями своих друзей. Эти маневры оставляют тебе очень мало времени для исследования своей жизни и судьбы. Тебе придется бросить все это. Ведь если бы ты весь знал якобы мертвое спокойствие этого города, ты постарался бы найти, рано или поздно, обратную сторону медали.
— Вы здесь этим заняты, дон Хуан?
Наш случай немного другой, потому что мы находимся в конце тропы. Мы ничего не ищем. То, что мы здесь делаем, понятно только воинам. Мы переходим ото дня ко дню, ничего не делая. Мы ждем. Я не устану повторять: мы знаем, что мы ждем, и мы знаем, чего мы ждем. Мы ждем свободы!

У каждого живого существа есть точка сборки
Он объяснил, что люди постоянно избирают для восприятия все те же эманации по двум причинам. Первая, наиболее важная — потому, что нас научили тому, что это воспринимаемые эманации. Вторая — потому что наша точка сборки избирает и приготавливает эти эманации для использования.
У каждого живого существа есть точка сборки, — продолжал он, — которая избирает эманации, чтобы выделить их. Видящие могут видеть: разделяют ли чувствующие существа тот же взгляд на мир, что и человек, путем видения эманаций избранных их точками сборки.
Он утверждал, что одним из наиболее важных прорывов для новых видящих было обнаружение того, что место, где расположена точка сборки на светящемся коконе, не является постоянной чертой, а зависит от привычки. Отсюда то огромное значение, которое новые видящие придают новым действиям, новым затеям. Они отчаянно стремятся прийти к новым методам, новым привычкам.
— Удар нагваля имеет громадное значение, — продолжал он, — поскольку он сдвигает эту точку, что изменяет ее положение. Иногда он создает постоянную вмятину. Точка сборки оказывается выбитой со своего места, и сознание изменяется драматическим образом. Но еще более важно точно усвоить истины, излагаемые относительно сознания, чтобы понять, что эту точку можно перемещать изнутри. К сожалению, истинным является и то, что люди страдают от невежества: они просто не знают своих возможностей.
— Как можно произвести это изменение изнутри? — спросил я.
— Новые видящие говорят, что понимание — это методика, — сказал он. — Они говорят, что прежде всего нужно осознать, что воспринимаемый нами мир является результатом того, что наша точка сборки находится в данном конкретном месте кокона. Как только это понято, точку сборки можно перемещать почти произвольно вследствие новых привычек.
Я не вполне понял, что он имеет ввиду под привычками, и попросил его разъяснить этот вопрос.
— Точка сборки человека появляется в определенном месте кокона, и это определяется командой Орла, — сказал он. — А точнее, ее положение определяется привычкой — повторными действиями. Сначала мы узнаем, что она может быть расположена там, а затем сами распоряжаемся именно так, чтобы она была именно там. Наша команда становится командой Орла, и точка привязывается к этому месту. Вникни в это очень внимательно: «наша команда становится командой Орла». Древние очень дорого заплатили за эту находку. Мы еще вернемся к этому моменту.
Он подчеркнул еще раз, что древние сосредоточили свои усилия исключительно на развитии тысяч сложнейших ритуалов колдовства. Он добавил, что они никогда не смогли понять, что все их сложнейшие устройства, такие же странные, как и они сами, не имеют никакого другого назначения, как быть лишь средством, нарушающим фиксацию их точки сборки и заставляющим ее переместиться.
Я попросил его пояснить то, что он сказал.
Я уже говорил тебе, что колдовство — это что-то подобное тупиковой улице. Я имел в виду, что колдовские ритуалы не имеют глубинного значения. Ценность их проявляется косвенно — их реальное назначение в том, чтобы сдвинуть точку сборки, заставить первое внимание ослабить свой контроль над ней.
Новые видящие поняли истинную роль, какую играли колдовские приемы, и решили подойти непосредственно к процессу, заставляющему переместиться точку сборки, отбросив всю остальную бессмыслицу ритуалов и заклинаний. Хотя в то или иное время в жизни воина ритуалы могут быть необходимы. Я лично посвятил тебя во все виды колдовских ритуалов, однако лишь с целью отвлечения твоего первого внимания от власти самопоглощения, которая держала твою точку сборки жестко фиксированной.
Он добавил, что чрезмерное удушение первого внимания самопоглощением или рассудочностью является мощной связывающей силой, а ритуальное поведение, ввиду свойств повторяемости, заставляет первое внимание освободить часть энергии, отвлекая ее от перечисления, в результате чего положение точки сборки теряет свою жесткость.
— А что происходит с людьми, у которых точка сборки потеряла свою жесткость? — спросил я.
— Если они не воины, они думают, что начали терять рассудок, — сказал он, улыбаясь. — Так же, как ты в свое время подумал, что начал сходить с ума. Если же они воины, они знают, что становятся безумными, но они терпеливо ждут. Ты знаешь, что быть здоровым и здравым означает, что точка сборки неподвижна. Когда она срывается, это значит буквально, что ты чокнулся.
Он сказал, что для воинов, у которых сдвинулась точка сборки, открыты две возможности. Одна состоит в том, чтобы признать себя больным и вести себя, как сумасшедший, реагируя эмоционально на те странные миры, свидетелем которых ты становишься из-за этого сдвига. Другая — оставаться бесстрастным, незадетым, зная, что точка сборки всегда возвращается в свое исходное положение.
— Ну а что, если точка сборки не вернется в свое исходное положение? — спросил я.
— Тогда эти люди потеряны, — ответил он. — Они либо неизлечимо безумны, поскольку их точка сборки не может собрать тот мир, который мы знаем, либо становятся несравненными видящими, начинающими свое движение в неведомое.
— Что же определяет тот или иной случай?
— Энергия! Безупречность! Непогрешимые воины не теряют своих шариков, они остаются бесстрастными. Я не раз говорил тебе, что безупречный воин может видеть ужасающие миры, и все же в следующее мгновение он будет шутить, смеяться с друзьями или встречными.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#84 Meчтатель » Пн, 4 декабря 2017, 23:33

На правах рекламы... так сказать :smile:

Прямая аналогия кастанедовских тональ/нагваль и каббалистического взгляда: голографическая картинка/Мысль. Плюс - кругооборот Душ: Мысль остается - меняется только голографическая картинка, в которую облачена Мысль.

Что такое "Я" ЧЕЛОВЕКА?
phpBB [media]
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#85 Meчтатель » Вт, 5 декабря 2017, 13:47

— Тайна вне нас, — сказал он. — Внутри мы имеем только эманации, стремящиеся разрушить кокон
Он продолжал, и сказал, что новые видящие пришли к выводу, что в процессе нашего роста, когда свет сознания фокусируется на человеческой полосе эманаций и избирает преимущественно одни и те же из них, он входит в порочный круг. Чем больше он подчеркивает избранные эманации, тем устойчивее становится точка сборки, а это все равно, что сказать, что наша команда становится командой Орла. Само собой разумеется, что, когда наше сознание развивается в первое внимание, эта команда становится такой сильной, что разбить этот круг и заставить сдвинуться точку сборки — это поистине подвиг.
Дон Хуан сказал также, что точка сборки ответственна за то, что восприятие в первом внимании происходит комплексами. Примером комплекса эманаций, которые выделяются совместно, будет человеческое тело, как мы его воспринимаем. Другая часть нашего полного бытия — светоносный кокон — никогда не выделяется и погружается в забвение, так как свойство точки сборки не только в том, чтобы заставить нас воспринимать комплексы эманаций, но и отбрасывать другие.
Когда я сильно нажал на него, требуя объяснений комплексов, он ответил, что точка сборки излучает свечение, которое группирует связки эманаций, заключенных в коконе. Эти связки соединяются затем, как связки, с эманациями в великом. Такое комплексование происходит даже тогда, когда видящие имеют дело с эманациями, никогда не использованными. Когда они выделены, мы воспринимаем их так же, как комплексы в первом внимании.
— Одним из великих моментов для новых видящих был тот, когда они открыли, что неведомое — это просто эманации, отброшенные первым вниманием. Это великое дело, но имей в виду, что это дело, в котором происходит группировка в комплексы. Непостижимое, с другой стороны — это вечность, где наша точка сборки не имеет путей группировки чего-либо.
Он объяснил, что точка сборки подобна светоносному магниту, который подбирает эманации и группирует их, когда движется в пределах человеческой полосы эманаций. Это открытие сделано к славе новых видящих, так как оно осветило неведомое новым светом. Новые видящие заметили, что некоторые из навязчивых видений видящих, такие, которые почти невозможно постичь, совпадают со сдвигом точки сборки в ту область полосы человеческих эманаций, которая диаметрально противоположна той, в которой они обычно находятся. Это видения темной стороны человека, — заверил он.
— Почему ты называешь это темной стороной человека? — спросил я.
— Потому, что она сумрачна и зловеща, — сказал он. — Она не только неведомое, но еще кто знает, чем она является.
— Ну, а что можно сказать относительно эманаций, которые находятся внутри человеческого кокона, однако вне границ человеческой полосы? — спросил я. — Можно ли их воспринять?
— Да, однако, совершенно неописуемым образом, — сказал он. — Они не человеческое неведомое, как в случае с неиспользованными эманациями человеческой полосы, но почти неизмеримое неведомое, где человеческие черты вовсе не прослеживаются. В действительности это область такой обезоруживающей безграничности, что даже лучшие из видящих едва ли пустились бы в ее описание.
Я еще раз попытался настоять на том, что мне кажется, что тайна, очевидно, внутри нас.
Тайна вне нас, — сказал он. — Внутри мы имеем только эманации, стремящиеся разрушить кокон. И это, так или иначе, вводит нас в заблуждение относительно того - воины мы или средние люди. Только новые видящие обошли это. Они боролись за то, чтобы увидеть, и путем сдвига своей точки сборки они поняли, что эта тайна проницаема — не в том смысле, что мы ее постигаем, но в том, что заставляет нас постичь ее.
— Я говорил тебе, что новые видящие верят, что наши органы чувств способны воспринимать все. Они верят в это потому, что видят, что положение точки сборки определяет то, что воспримут наши чувства.
...
Воины готовят себя, чтобы сознавать. А полное сознание приходит к ним только тогда, когда в них совершенно не останется чувства самодовольства: только когда они - ничто, то они становятся всем.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#86 Meчтатель » Вт, 5 декабря 2017, 23:37

Точка сборки не только осуществляет настройку, необходимую для восприятия, но также освобождает эту настройку от некоторых эманаций, чтобы достичь большей утонченности восприятия
Дон Хуан сказал также, что среди многих ошибок суждений древних видящих было сдвинуть точку сборки в неизмеримую область внизу, что сделало их специалистами в принятии животных форм. Они избрали различных животных в качестве точки отсчета и назвали их своим нагвалем. Они верили, что сдвигая свою точку сборки в это особое место, они приобретают характеристики избранных ими животных: их силу или мудрость, хитрость, коварство или жестокость.
Дон Хуан заверил меня, что есть немало примеров, этой ужасной практики и среди видящих наших дней. Сравнительная легкость, с какой точка сборки человека перемещается в любую низшую позицию, является великим искушением для видящих, особенно для тех, чьи наклонности ведут их к этому. Поэтому долг нагваля испытать своих воинов.
Он сказал мне, что провел меня через это испытание, когда сдвигал мою точку сборки вниз при действии на меня растений силы. Затем он вел мою точку сборки, пока я не смог выделить полосу эманаций вороны, что привело к моему превращению в ворону.
Я опять задал дону Хуану вопрос, который задавал ему десятки раз. Я хотел знать, действительно ли я физически превратился в ворону, или просто думал и чувствовал, как она. Он объяснил, что сдвиг точки сборки в нижнюю область всегда приводит к полному превращению. Он добавил, что если точка сборки переходит некий критический порог, то мир исчезает: он перестает для нас быть тем, чем является на человеческом уровне.
Он признался, что мое превращение было действительно ужасающим по любым стандартам, однако моя реакция на это переживание показала ему, что у меня нет склонности в этом направлении. Если бы это было не так, мне пришлось бы приложить немало энергии, чтобы отбиться от тенденции остаться в этой низшей области, которая некоторым видящим кажется наиболее удобной.
Далее он сказал, что непреднамеренный сдвиг вниз периодически случается с каждым видящим, однако такие спады бывают все реже при продвижении точки сборки влево. Но каждый раз, когда это случается, энергия видящего, подпавшего этому, значительно падает. Это отступление требует времени и значительных усилий для исправления.
— Эти провалы делают видящих мрачными и узколобыми, — продолжал он, — а в некоторых случаях излишне рациональными.
— Как видящие могут избежать этих сдвигов вниз? — спросил я.
— Это зависит от воина, — ответил он. — Некоторые из них имеют естественную склонность потакать своим причудам, например ты. Такие получают сильные удары. Для подобных тебе я рекомендовал бы быть начеку двадцать четыре часа в сутки. Дисциплинированным мужчинам и женщинам я рекомендовал бы бодрствовать двадцать три часа.
Он посмотрел на меня сияющими глазами и засмеялся.
— У женщин-видящих такой сдвиг бывает чаще, чем у мужчин, — сказал он. — Но они могут выбраться из этого положения без всяких усилий, в то время, как мужчины опасно мешкают.
Он сказал также, что женщины-видящие имеют особую способность удерживать свою точку сборки в любом положении в нижней позиции, а мужчины — нет. У мужчин есть трезвость и цель, но мало таланта. Вот почему нагвалю нужно иметь восемь женщин-видящих в своей партии: женщины дают импульс для пересечения неизмеримых пространств неведомого. Вместе со способностью нагваля, или как следствие ее, женщины приобретают устрашающую интенсивность. Они могут поэтому воспроизвести животную форму с блеском, легкостью и неповторимой жестокостью.
— Если ты думаешь о пугающих вещах, — продолжал он, — о каком-то невообразимом соблазне во тьме, то ты думаешь, не зная этого, о женщине-видящей, таящейся в неизмеримой области внизу. Настоящий ужас лежит как раз здесь: если ты когда-нибудь встретишь странную женщину-видящую — беги в горы!
Я спросил его, способны ли другие организмы к сдвигу своей точки сборки.
— Их точка сборки может сдвигаться, — сказал он. — Однако для них этот сдвиг не может быть произвольным.
— Значит, точка сборки других организмов тоже натренирована находиться там, где она находится? — спросил я.
— Всякий новорожденный организм подвергается тренировке тем или иным путем, — ответил он. — Мы можем не понимать, как происходит их тренировка — в конце концов, мы не понимаем этого и в своем случае — однако видящие видят, что новорожденных заставляют делать то, что создает их облик. Как раз это и происходит с человеческими детьми: видящие видят, что сначала их точка сборки движется произвольно, а затем они видят, как присутствие взрослых прикрепляет ее к одному месту. Также случается со всеми организмами.
Дон Хуан, казалось, размышлял некоторое время, а затем добавил, что у человеческой точки сборки есть одно уникальное свойство. Он указал на дерево за окном.
— Когда мы, как серьезные взрослые люди, смотрим на дерево, — сказал он, — то наша точка сборки настраивает бесконечное число эманаций, и происходит чудо: наша точка сборки позволяет нам воспринять комплекс эманаций, который мы называем деревом.
Он пояснил, что точка сборки не только осуществляет настройку, необходимую для восприятия, но также освобождает эту настройку от некоторых эманаций, чтобы достичь большей утонченности восприятия, своего рода снятие сливок — хитрое человеческое построение, не знающее аналогий.
Он сказал, что по наблюдению новых видящих, только люди способны к дальнейшему усложнению комплексных эманаций. Он использовал здесь испанское слово «деснате», означающее снятие наиболее вкусных пенок с поверхности молока после его кипячения и остывания. Подобно этому, человеческая точка сборки выбирает, в смысле восприятия, некоторую часть эманаций, уже избранных для настройки, и делает из них наиболее приятное построение.
Эти сливки у людей более реальны, чем восприятия у других существ, — продолжал дон Хуан, — и в этом наша ловушка. Они для нас настолько реальны, что мы забываем, что сами построили их, приказывая своей точке сборки быть там, где она находится. Мы забываем, что они реальны для нас только потому, что наша команда состоит в том, чтобы воспринять их как реальность. У нас есть власть собрать вершки настройки, но нет власти защитить себя от собственного распоряжения. Этому надо учиться. Оставить этому снятию вершков свободные руки, как мы это делаем, значит сделать ошибку суждения, за которую мы заплатим так же дорого, как заплатили древние.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#87 monroe » Вт, 5 декабря 2017, 23:42

Meчтатель, можно тебя попросить о разьяснении что такое нагваль?
ну вот по-простому.
луна в Тупце
monroe F
Аватара
Сообщения: 20779
Темы: 207
С нами: 4 года 11 месяцев
О себе: оказалось техническим

Re: Выдержки из Кастанеды

#88 Enmerkar » Вт, 5 декабря 2017, 23:49

непроявленная вселенная
Вам только кажется, что вы хотите больше знать. Зная всю правду, вы захотите многое забыть.© Дмитрий Гринберг
Enmerkar
Аватара
Сообщения: 14228
Темы: 38
С нами: 6 лет 9 месяцев

Re: Выдержки из Кастанеды

#89 monroe » Вт, 5 декабря 2017, 23:50

Enmerkar писал(а):непроявленная вселенная
я уже из этой серии в интернете начиталась.
я прошу по-простому.

Добавлено спустя 59 секунд:
Meчтатель писал(а):— Удар нагваля имеет громадное значение, — продолжал он, — поскольку он сдвигает эту точку, что изменяет ее положение. Иногда он создает постоянную вмятину.
удар непроявленной вселенной что ли?
луна в Тупце
monroe F
Аватара
Сообщения: 20779
Темы: 207
С нами: 4 года 11 месяцев
О себе: оказалось техническим

Re: Выдержки из Кастанеды

#90 Meчтатель » Ср, 6 декабря 2017, 0:13

monroe писал(а):Meчтатель, можно тебя попросить о разьяснении что такое нагваль?
ну вот по-простому.

А как я тебе объясню, что такое левигарпит, если ты с ним не сталкивалась?
Как я тебе опишу запах сантаборбучии, если ты его ни разу не обоняла?
Я могу говорить только о проявлениях Нагваля.

Enmerkar писал(а):непроявленная вселенная
Не совсем так, на мой звгляд.
Это легче объяснить в терминах Творец - Творение = Свет - получение Света Творением.
Нагваль - это Свет. И он никогда не будет проявленным в чистом виде. Его (Нагваль = Свет) можно ощутить только, если он прошел через другие Творения - как бы отраженный Свет от других Творений.
Это как и в нашем мире: мы не видим чистый свет, мы его видим, если он отражается от предметов.
А как же свет от солнца и звёзд, который они сами вырабатывают?
Надо спуститься на уровень ядер атомов водорода и гелия, и тогда "свет" сильного взаимодействия, действующего на уровне протона-нейтрона, преобразуется этими ядрами в электромагнитное взаимодействие - т. е. в видимый свет в частности.
=====================================================================================

monroe, не обижайся.
Пока с ним напрямую не столкнешься - всё сказанное об этой ипостаси будет выглядеть сказками не понятно о чем.

Вот смотришь Битву Экстрасенсов, но и там нет проявления Нагваля ни у кого.

Проявлениями Нагваля будут телекинез, пирокинез, левитация... всё, что можно назвать проявленным чудом в этом мире - это и есть проявления Нагваля - его использованием "сверх"человеком = человеком, который научился пользоваться силами Нагваля.

Наверно слышала про иллюзианиста Динамо.

Вот пример использования им Нагваля:

phpBB [media]


Нагваль ответственен за творчество в человеке: делать то, что еще никто не делал.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#91 Meчтатель » Ср, 6 декабря 2017, 0:20

monroe писал(а):удар непроявленной вселенной что ли?

Термин "Нагваль" используется в двух вариантах:
- или то, о чем написал в предыдущем посте
- или как о человеке-вожаке, который возглавляет группу единомышленников.
Это омонимы.
Как в русском слове "коса" - это и девичья коса, и коса, которой косят, и песчаная коса на море/реке.

И "удар Нагваля" - это второе способ использования этого термина = бесконтактный удар Учителя по отношению к ученику на уровне его правой лопатки.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#92 monroe » Ср, 6 декабря 2017, 0:20

Meчтатель писал(а):сантаборбучия
Meчтатель писал(а):левигарпит
поисковики не находят значения этих слов.
они существуют в природе?

вот про точку сборки Юрковская объяснила предельно понятно - это восприятие мира.
и я уверена, что всё остальное из Кастанеды можно объяснить.
луна в Тупце
monroe F
Аватара
Сообщения: 20779
Темы: 207
С нами: 4 года 11 месяцев
О себе: оказалось техническим

Re: Выдержки из Кастанеды

#93 Meчтатель » Ср, 6 декабря 2017, 0:22

monroe писал(а):поисковики не находят значения этих слов.
они существуют в природе?
:-D
А какая разница, если ты с ними не знакома.

Выбрось эти слова из головы...
Или лучше сказать: не бери их в голову.


monroe писал(а):вот про точку сборки Юрковская объяснила предельно понятно - это восприятие мира.
ТС - это не просто восприятие мира, а то или иное восприятие как этого мира, так и других миров.
Это существенное дополнение.

Т. е. положение ТС определяет КАКИМ ты будешь воспринимать ЭТОТ мир. А при большом сдвиги ТС от обычного положения - какие миры ты будешь воспринимать.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#94 monroe » Ср, 6 декабря 2017, 0:34

Meчтатель писал(а):А какая разница, если ты с ними не знакома.
я захотела ознакомиться, поисковики их не нашли.
слова можно выдумать.
луна в Тупце
monroe F
Аватара
Сообщения: 20779
Темы: 207
С нами: 4 года 11 месяцев
О себе: оказалось техническим

Re: Выдержки из Кастанеды

#95 Meчтатель » Ср, 6 декабря 2017, 0:42

ОК
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#96 Meчтатель » Ср, 6 декабря 2017, 9:53

Как бы там ни было, видящие находятся в мире для тренировки себя, чтобы быть беспристрастными свидетелями, способными понять тайны о себе и пережить восхищение от находки того, что же мы есть в действительности
— Как бы там ни было, видящие находятся в мире для тренировки себя, чтобы быть беспристрастными свидетелями, способными понять тайны о себе и пережить восхищение от находки того, что же мы есть в действительности. Это высочайшая из целей новых видящих, и не каждый воин достигает ее.
...
Он сказал, что нагваль Хулиан обычно говорил им, что они выселены из домов, где жили всю свою жизнь. Результатом накопления энергии является разрыв с удобным, но предельно ограниченным и унылым гнездом мира повседневной жизни. «Ваша депрессия, — говорил им нагваль Хулиан, — это не столько печаль от потери своего гнезда, сколько беспокойство от того, что приходится искать новые апартаменты».
— Новые апартаменты, — продолжал дон Хуан, — не такие удобные, но они гораздо более просторные. Твое осознание того, что ты выселен, пришло в форме великого уныния, потери желания жить, точно так же, как это было с нами. Когда ты сказал нам, что не хочешь жить, мы не могли не рассмеяться.

Весь мир сделан из сорока восьми диапазонов
Затем он сказал, что мы собираемся говорить о великих диапазонах эманаций. Он назвал это другим ключевым открытием, которое сделали древние видящие, но затем оно, из-за их заблуждений, погрузилось в забвение, пока новые видящие не извлекли его на свет.
— Эманации Орла сгруппированы в комплексы, — продолжал он. — Древние видящие назвали эти комплексы «великими полосами эманаций». Это, конечно, не «полосы», но название осталось. Например, есть неизмеримый комплекс, который производит органические существа. Эманации этого органического диапазона обладают своего рода «пушистостью». Они прозрачны и имеют свою собственную светимость, особую энергию. Они осознают себя, они прыгают. В этом причина того, что все органические существа наполнены особой неотразимой энергией. Другие диапазоны темнее и менее летучи. У некоторых из них совсем нет света — им свойственна непрозрачность.
— Ты хочешь этим сказать, дон Хуан, что все органические существа имеют в своем коконе эманации одного и того же вида? — спросил я.
— Нет, я не хочу именно это сказать. Все не так просто, хотя все органические существа принадлежат к одному и тому же великому диапазону. Вообрази это, как неизмеримо широкую полосу светящихся волокон — бесконечных светящихся струн. Органические существа — это пузырьки, которые вырастают вокруг такой группы светящихся волокон. Вообрази, что в этом диапазоне органической жизни некоторые пузырьки сформировались вокруг светящихся волокон в центре полосы, другие — ближе к ее краям. Эта полоса достаточно широкая, чтобы разместить на себе все виды органических существ, и еще останется свободное место. При таком устройстве пузырьки, близкие к краям, совершенно лишены эманаций, которые имеются в середине полосы и разделяются только теми, которые в центре. По этой же причине пузырьки в центре лишены краевых эманаций.
Как ты можешь понять, органические существа разделяют эманации одного диапазона, однако видящие видят, что и внутри органической полосы существа разделяются настолько, насколько это вообще возможно.
— Много ли таких великих диапазонов? — спросил я.
— Так же много, как сама бесконечность, — ответил он. — Однако видящие нашли, что на земле есть только сорок восемь таких полос.
— Каков смысл этого, дон Хуан?
— Для видящих это означает, что на земле есть сорок восемь типов организаций, сорок восемь типов объектов или структур. Органическая жизнь — одна из них.
— Означает ли это, что есть сорок восемь типов неорганической жизни?
— Нет, не совсем так. Древние видящие насчитывали семь полос, производящих неорганические пузырьки сознания. Другими словами, есть сорок диапазонов, которые производят пузырьки, не обладающие сознанием: это полосы, задающие только организацию. Думай о великих диапазонах, как о чем-то, подобном деревьям. Все они дают плоды, создают вместилища, наполненные эманациями, однако только восемь из этих деревьев дают съедобные плоды, т. е. пузырьки сознания. Семь из них дают кислые плоды, но все же они съедобны. А одно дает наиболее сочные, вкуснейшие плоды из всех.
Он засмеялся и сказал, что в своей аналогии принял точку зрения Орла, для которого наиболее изысканными кусочками являются органические пузырьки сознания.
— Что заставляет эти восемь полос давать сознание? — спросил я.
— Орел наделяет сознанием через свои эманации, — ответил он.

Его ответ заставил меня спорить с ним. Я сказал ему, что говорить, что Орел наделяет сознанием через свои эманации, это все равно, как говорить, как делают верующие, что бог наделяет жизнью через любовь. Вообще, что это значит?
— Эти два утверждения не аналогичны, — терпеливо пояснил он. — И все же я думаю, что они обозначают одно и тоже. Различие только в том, что видящие видят, как Орел наделяет сознанием через свои эманации, а верующие не видят, как бог наделяет жизнью через любовь.
Он сказал, что путь, каким Орел наделяет сознанием живые существа, идет через три гигантские связки эманаций, проходящие через восемь великих диапазонов. Эти связки совершенно особые, поскольку для видящих они наделены цветом. Одна связка дает впечатление бежево-розового, похожего на розоватое свечение уличных ламп, другая — персикового оттенка, как неоновые лампы цвета пергамента, а третья вызывает ощущение, подобное цвету янтаря — как чистый мед.
— Таким образом, видение видящими того, как Орел наделяет сознанием через свои эманации, подобно видению оттенков, — продолжал он. — Верующие не видят божественной любви, а если бы они ее видели, то знали бы, что она либо розовая, либо персиковая, либо янтарная. Человек, например, прикреплен к янтарной связке, и так же другие существа.
Я захотел узнать, какие существа разделяют те же эманации, что и человек.
— Подробности, подобные этим, ты обнаружишь сам через свое видение, — сказал он. — Мне говорить об этом бесполезно: ты только заведешь себе новый каталог. Достаточно будет сказать, что найти это самому будет для тебя наиболее волнующим действием, какое ты когда-либо совершал.
— А розовая и персиковая связки тоже представлены в человеке? — спросил я.
— Никогда. Эти связки принадлежат другим живым существам, — ответил он.
Я собирался еще что-то спросить его, но резким движением руки он остановил меня. Он погрузился в размышления. Мы долго пребывали в глубоком безмолвии.
— Я уже говорил тебе, что свет сознания бывает в человеке разных цветов, — сказал он, наконец. — Но тогда я не сказал тебе, поскольку мы еще не дошли до этого, что это вовсе не цвета, а оттенки янтарного цвета.
Он сказал, что янтарная полоса сознания делится на бесконечное число тонких вариантов, которые отражают различия в качестве сознания. Розоватый и бледно-зеленый янтарные оттенки являются наиболее распространенными. Голубоватый янтарный цвет наиболее необычен, но еще более редок чистый янтарный.
— А что же определяет данный конкретный оттенок янтарного цвета?
— Видящие говорят, что этот оттенок определяется количеством сэкономленной и запасенной энергии. Бесконечное число воинов начинало с розового оттенка янтарного цвета, а закончило чистейшим янтарным цветом. Примерами этого являются Хенаро и Сильвио Мануэль.
— А какие формы жизни соответствуют розовой и персиковой связкам сознания? — спросил я.
Все эти три связки пересекаются в восьми диапазонах, — ответил он. — В органическом диапазоне розовая связка свойственна, в основном, растениям, персиковая — насекомым, а янтарная — человеку и другим животным. Такое же положение преобладает и в неорганическом диапазоне: три связки сознания дают особые виды неорганических существ в каждом из семи великих диапазонов.
Я попросил его рассказать поподробнее об имеющихся родах неорганических существ.
— Ну, это другая вещь, которую тебе следует увидеть самому, — ответил он. — Семь диапазонов и то, что они дают, действительно недоступно человеческому рассудку, но доступно видению.
Я сказал ему, что не вполне понял его объяснение великих полос эманаций, поскольку его описание заставило меня вообразить их, как независимые связки струн или даже плоских лент, подобных конвейерной.
Он пояснил, что великие полосы эманаций не плоские и не круглые, а неописуемым образом переплетены, как соломинки в охапке сена, которые удерживаются схватившими их руками. Таким образом, у эманаций нет порядка: сказать, что есть центр или края, было бы заблуждением, но это необходимо делать для объяснения.
Продолжая далее, он объяснил, что неорганические существа, возникающие в семи других диапазонах сознания, характеризуются тем, что их контейнер не имеет движения: он более похож на бесформенное вместилище со слабым свечением. Он не похож на кокон органических существ: у него отсутствует упругость, способность раздуваться, что позволяет органическим существам выглядеть так, словно светящиеся шары, наполненные энергией. Дон Хуан сказал, что единственное подобие неорганических и органических существ заключается в том, что все они имеют задающие сознание розовые, персиковые или янтарные эманации.
— Эти эманации, — продолжал он, — позволяют при некоторых обстоятельствах наладить связь между существами восьми великих диапазонов.
Он сказал, что обычно органические существа, со своим большим полем энергии, являются инициаторами связи с неорганическими существами, а тонкое и усложненное следование за ними — это всегда область деятельности неорганических существ. Ну, а когда барьер разрушен, неорганические существа становятся тем, что видящие называют олли-союзниками. С этого момента неорганические существа могут перехватывать неимоверно тонкие мысли, настроения или страхи видящего.
— Древние видящие были загипнотизированы такой преданностью своих олли, — продолжал он. — Есть рассказы о том, как древние видящие могли заставить своих олли сделать все, что захотят. Это было одним из оснований их веры в свою неуязвимость. Они обалдели от самодовольства. Однако олли обладают властью только тогда, когда видящий является образцом безупречности, а древние такими не были.
— Неорганических существ так же много, как и органических? — спросил я.
Он ответил, что неорганические существа не так обильно представлены, как органические, однако это перекрывается большим числом диапазонов неорганического сознания. Кроме того, различия между самими неорганическими существами более значительны, чем различия организмов, поскольку последние принадлежат только одному диапазону, а неорганические — семи.
— Учти также, что неорганические существа живут дольше организмов, — продолжал он. — Это явление заставило древних видящих сосредоточить свое внимание видения на олли, и о причинах этого я расскажу тебе позднее.
Он сказал, что древние видящие также пришли к осознанию того, что именно повышенная энергия организмов и последующее высокое развитие их сознания сделало их лакомыми кусочками для Орла. По мнению древних видящих, аппетит Орла и является причиной того, что он стремится создать как можно больше органических существ.
Далее он объяснил, что продуктом деятельности других сорока великих диапазонов является вовсе не сознание, а конфигурации неодушевленной энергии. Древние видящие для обозначения этого избрали слово «сосуды». В то время как коконы и контейнеры являются полями энергетического сознания, ответственными за собственную независимую светимость, сосуды — это твердые вместилища, удерживающие эманации и не являющиеся полями энергетического сознания. Их светимость определяется только энергией эманаций, заключенных в них.
— Ты должен иметь в виду, — продолжал он, — что всё на земле во что-нибудь заключено. То, что мы воспринимаем, составлено либо из частей коконов, либо из сосудов с эманациями. Обычно мы совсем не воспринимаем вместилищ неорганических существ.
Он посмотрел на меня, ожидая признаков понимания, но, осознав, что я не поддался ему, он продолжил объяснение.
Весь мир сделан из сорока восьми диапазонов, — сказал он. — А мир, который собирает наша точка сборки в состоянии нормального восприятия, составлен из двух диапазонов. Один из них — это органическая полоса, а другой — полоса структур, не обладающих сознанием. Остальные сорок шесть великих диапазонов не являются частью воспринимаемого нами обычного мира.
Он опять помедлил, ожидая уместных здесь вопросов. У меня их не было.
— Существуют и другие завершенные миры, которые наша точка сборки может собрать, — продолжал он. — Древние видящие насчитывали семь таких миров — по одному на каждый диапазон сознания. Я добавил бы, что два из этих миров, кроме мира повседневной жизни, собрать сравнительно легко. Другие пять — совсем другое дело.

Истинное изменение миров происходит только тогда, когда точка сборки переместится в человеческом диапазоне достаточно глубоко, чтобы преодолеть некоторый порог.
Он добавил, что истинное изменение миров происходит только тогда, когда точка сборки переместится в человеческом диапазоне достаточно глубоко, чтобы преодолеть некоторый порог. На этой стадии точка сборки может воспользоваться другими великими диапазонами.
— Как это она ими пользуется? — спросил я.
Он пожал плечами.
— Это вопрос наличия энергии, — сказал он. — Сила настройки цепляется за другую полосу при условии, что видящий имеет достаточно энергии. Наш обычный уровень энергии позволяет нашей точке сборки пользоваться силой настройки только в одном диапазоне эманаций, и мы воспринимаем, тем самым, известный нам мир. Но если у нас есть запас энергии, мы можем воспользоваться силой настройки других великих диапазонов и, следовательно, воспринять другие миры.
Вдруг дон Хуан резко изменил тему беседы и стал говорить о растениях.
— Тебе может показаться странным, — сказал он, — но деревья гораздо ближе к человеку чем, например, муравьи. Я уже говорил тебе, что деревья и люди могут развить грандиозные связи, и это происходит потому, что они разделяют общие с нами эманации.
— Насколько велики у них коконы? — спросил я.
— Коконы гигантских деревьев ненамного больше самих деревьев, но интересно другое: некоторые крошечные растения имеют коконы почти такие же большие, как человеческое тело, и в три раза шире. Таковы растения силы. У них больше всего эманаций родственных человеку — не эманаций сознания, конечно, а других общих эманаций.
Другая уникальная особенность растений в том, что их светимость различается по оттенкам. В общем, она розовая, поскольку их сознание розоватое, но ядовитые растения бледно-желто-розовые, а лекарственные — ярко-фиолетоворозовые. И только растения силы бело-розовые: некоторые из них сумрачно-белые, а другие — ярко-белые.
Однако реальное различие между растениями и другими органическими существами состоит в положении их точки сборки: у растений она расположена в нижней части кокона, а у других органических существ — в верхней.
— Ну а что в отношении неорганических существ? — спросил я. — Где у них находится точка сборки?
— У некоторых их них она расположена в нижней части вместилища, — ответил он. — Такие существа очень отличны от людей, но близки растениям. Другие имеют ее где-либо в верхней части вместилища — они близки людям и другим органическим существам.
Он добавил, что древние видящие были убеждены, что у растений очень интенсивно развито общение с неорганическими существами. Они полагали, что чем ниже точка сборки, тем легче растениям преодолеть барьер восприятия: у очень больших деревьев и у очень маленьких растений точка сборки расположена очень низко в их коконах. Поэтому великое количество колдовских ритуалов древних видящих было направлено на то, чтобы запрячь сознание деревьев и маленьких растений и использовать их как проводник для спуска в глубины темных областей, как они говорили.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#97 monroe » Ср, 6 декабря 2017, 21:21

Meчтатель писал(а):ОК
все равно тема классная :-D
луна в Тупце
monroe F
Аватара
Сообщения: 20779
Темы: 207
С нами: 4 года 11 месяцев
О себе: оказалось техническим

Re: Выдержки из Кастанеды

#98 Meчтатель » Ср, 6 декабря 2017, 22:24

Тряхтиляпия однокоренная.
Вечнозелённый кришмаперес.
Парнокопытная чунгачанга.
Ляпис-трубецкой однолетний.
Держиморда околоточный домашний.
Краснолиска ядовитая (род мартышечнообразных).
Кактус фалосоподобный мексиканский (вымерший вид).
Самерс дубовидный одомашленный.
Трещиглотка бескрылая (в природе осталось только около 20 особей).
Великодержавная ненасыть трехглазная (плохо размножается в неволи).
...
Да, какая разница в названиях.
Главное тот смысл, который в них вкладывает пишущий.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#99 Meчтатель » Чт, 7 декабря 2017, 10:05

Это известно, как «искусство управления сознанием»
Он пояснил: то, что новые видящие увидели в свете сознания, привело к последовательности, в которой они разместили истины древних относительно сознания. Это известно, как «искусство управления сознанием». Начиная отсюда, были развиты три системы методик. Первой является искусство следопыта, второй — мастерство намерения, третьей — искусство сновидения.
...
— Искусство следопыта — это одно из двух величайших достижений новых видящих, — сказал он. — Они решили, что его следует преподавать современному нагвалю, когда его точка сборки сдвинется достаточно глубоко влево. Причина этого решения в том, что нагваль должен изучить принципы следопыта, незамутненные человеческим перечислением.
...
Дон Хуан сказал далее, что мастерство намерения, наряду с искусством следопыта, — это два шедевра, отметившие пришествие современных видящих. Он объяснил, что в своем усилии приобрести преимущество над угнетателями новые видящие исследовали все возможности. Они знали, что их предшественники совершали необычайные подвиги, манипулируя таинственной и чудесной силой, которую они могли описать только как «власть». У новых видящих было мало сведений об этой силе, так что им пришлось исследовать ее систематически с помощью видения. Их усилия были обильно вознаграждены, когда они обнаружили, что энергия настройки и является этой силой.
Они начали с видения того, как свет сознания расширяется и усиливается, когда эманации внутри кокона настраиваются на эманации в великом. Они воспользовались этим наблюдением, как трамплином, то есть так же, как они поступили с искусством следопыта, и в дальнейшем развили комплексную цепочку методик для управления этой настройкой эманаций.
Вначале они называли эти методики «мастерством настройки», а потом поняли, что здесь вовлечено гораздо больше, чем просто настройка: то, что проявилось, — это энергия, возникающая от настройки эманаций. Они назвали эту энергию волей.
Воля стала следующим основанием их действий. Новые видящие поняли ее, как слепой, безличный, непрерывный взрыв энергии, который заставляет нас вести себя так, как мы это делаем. Воля ответственна за наше восприятие, за удержание точки сборки в ее обычном положении.
Дон Хуан сказал, что новые видящие исследовали, как происходит восприятие мира повседневной жизни, и увидели эффект воли. Они увидели, что настройка непрестанно возобновляется, чтобы придать восприятию непрерывность. Для возобновления настройки во всякое время с той свежестью, которой она требует для составления живого мира, взрыв энергии, возникающей от самой этой настройки, должен быть автоматически отведен для подкрепления избранных настроек.
Это новое наблюдение послужило новым видящим другим трамплином, который помог заложить третье основание систем. Они назвали его намерением и описали, как целеустремленное управление волей — энергией настройки.
...
Новые видящие нашли настоятельно необходимым видеть эманации Орла для того, чтобы найти другие, более подходящие пути сдвига точки сборки. Когда они попытались видеть эманации, они столкнулись с очень серьезной проблемой: они обнаружили, что невозможно видеть их, не подвергая себя смертельному риску, и все же они должны были их видеть. Именно тогда они и воспользовались древней методикой сновидения как щитом для защиты себя от смертельного удара эманаций Орла. Совершая это, они осознали, что само сновидение является наиболее эффективной методикой для сдвига точки сборки.
— Одним из строжайших указаний новых видящих, — продолжал дон Хуан, — стало требование, чтобы воины изучали сновидение, исходя из состояния обычного сознания. Следуя этому требованию, я стал обучать тебя сновидению почти с первого дня нашего знакомства.
— Почему новые видящие распорядились, чтобы обучение сновидению происходило в нормальном состоянии сознания? — спросил я.
— Потому что сновидение слишком опасно, и сновидение — это немыслимая власть, оно делает сновидцев уязвимыми, поскольку оставляет их на милость непостижимой силы настройки.
Новые видящие осознали, что в нашем нормальном состоянии сознания у нас есть бесчисленное множество защитных приспособлений, предохраняющих от сил неиспользованных эманаций, которые неожиданно выстраиваются в сновидения.
Дон Хуан объяснил, что искусство сновидения, как и искусство следопыта, начинается с простого наблюдения. Древние видящие узнали, что во сне точка сборки сдвигается слегка влево, совершенно естественным образом. Эта точка в действительности освобождается во время сна, и после этого начинают светиться все виды неиспользованных эманаций. Древние немедленно заинтересовались таким наблюдением и начали работать над таким естественным сдвигом, пока не научились им управлять. Они назвали это управление сновидением, или искусством управления телом сновидения.
Он заметил, что едва ли есть средство описать обширность их знаний относительно сновидения. Однако, очень мало из того может быть использовано новыми видящими. Так что, когда пришло время реконструкции, новые видящие взяли себе только голый скелет сновидения для помощи в видении эманаций Орла и для сдвига точки сборки.
Meчтатель
Автор темы

Re: Выдержки из Кастанеды

#100 Голока Вриндавана » Чт, 7 декабря 2017, 22:31

Meчтатель писал(а):Наверно слышала про иллюзианиста Динамо.

Вот пример использования им Нагваля:
Meчтатель, вы правда чтоли в это искренне верите? А я думала что фокусники создают иллюзию чуда. но странно что мозг так радостно реагирует на такой обман. Вопрос , почему он так обманываться рад. Дайте ему картинку и все тут.Причем разоблачения фокусов выглядят скучно , пошло и тьфу на них. Все что объяснимо, то не создает стимула для устремления на встречу шансу в котором обязательно должно быть 50/50. Интрига, азарт - вот двигатели в мир неограниченных возможностей.
Голока Вриндавана
Аватара
Сообщения: 1528
Темы: 4
С нами: 4 года 2 месяца

Пред.След.

Вернуться в Идущие своим путем

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 2 гостя