Современный индуизм и его отношение к христианству

Список разделов Главное Религии и духовные традиции Религии и духовные традиции: Индуизм

Куратор темы: Лесник

#1 Лесник » Сб, 8 октября 2016, 11:06

Современный индуизм
и его отношение к христианству


Спойлер
Из книги "Лжеучения нашего времени":
http://www.bogoslovy.ru/books.htm

..............................................



Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их.
(Мф.7, 15-16)

В конце прошлого столетия индуизм начал стремительно распространяться среди христианских народов Америки и Европы. Проводниками индуистских учений в России явились различные теософские, антропософские и оккультные общества. В последние десятилетия вновь усиливается натиск восточных религий на Святую Русь. Мы с ужасом наблюдаем, как десятки тысяч наших соотечественников рабски простираются перед языческими кумирами (и их проповедниками), совершают жертвоприношения, воскурения и возлияния. Каким образом это древнее язычество нашло для себя благоприятную среду там, где раньше обильные плоды приносила Христова вера?
Рассматривая причины успеха индуизма на американском континенте, защитник Православия иеромонах Серафим (Роуз) отмечает, что учителям индуизма удалось внушить американцам, будто между христианством и брахманизмом нет существенных различий. Для индуистов все религии едины («Бог, в конце концов, – един»), и изучение различных способов поклонения Богу якобы способствует взаимопониманию и взаимообогащению. На самом деле у христиан и индуистов совершенно различное понимание истин веры. «Человек – вот наш бог» (Свами Вивекананда). Одной этой фразы достаточно, чтобы почувствовать ту пропасть, которая разделяет христианство и индуизм. Последний пытается приучить человека мыслить себя равным, тождественным Божественному Абсолюту. Подобную же мысль внушал некогда лукавый змий нашим прародителям: «Будете, как боги...» Христианство, напротив, учит, что человек – не Бог, но создан по образу Божию. Однако этот образ омрачен в нас падением Адама и нашими личными грехами, поэтому мы нуждаемся в покаянии и в спасении. Плодом покаяния является добродетель смирения, без которого нет спасения. Приидите ... и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем: и найдете покой душам вашим (Мф. 11, 29). Смирение – высшая христианская добродетель – несовместимо с гордым самомнением учителей индуизма.

Гордость свидетельствует о плотском устроении души и не позволяет ей постичь глубину Премудрости Божией. Поэтому, когда к лидерам национально-освободительного движения Индии (Ганди, Неру и др.), получившим высшее образование в ведущих колледжах Англии, христианские миссионеры обратились с предложением принять христианство, то получили категорический отказ. «Высокомудрые» индийцы предпочли прозябать либо в нелепом языческом многобожии, либо в упорном атеизме. Сыны века сего не приемлют света Христова, ибо возлюбили больше тьму.
Соблазн увлечения язычеством был силен и в древнехристианской Церкви. Поэтому, обращаясь к общине в Колоссах, Апостол Павел пишет: «Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу; ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно, и вы имеете полноту в Нем...» (Кол. 2, 8-10).
Завоеванный индуизмом Запад

В 1893 году в «Парламенте Религий» в Чикаго появился никому не известный монах-индуист. Это был Свами Вивекананда. Он произвел ошеломляющее впечатление на всех, кто его слушал, как своим видом – в тюрбане, в одеждах оранжевого и алого цветов, – так и тем, что говорил. Светское общество Бостона и Нью-Йорка немедленно сделало его своим «львом». Гарвардские философы поддались общему настроению. Немного времени прошло, как он сплотил прочное ядро учеников, поддерживающих его и его грандиозную мечту: обратить западный мир в индуизм, а более конкретно – в учение Веданты. Но это было только частью задачи Вивекананды. Более важно было влить ведантистские идеи в кровеносную систему академического мышления. Целью Вивекананды стало широкое распространение этих идей. Для него было неважно, сразу ли завоюет авторитет учение индуизма или нет, главное – чтобы учение Веданты стало известно всем и каждому. Он часто повторял: «Стучитесь в каждую дверь. Твердите каждому, что он – божествен».

Деятельность Свами Вивекананды имела потрясающий успех. Последователями его учения стали самые широкие круги западного общества, в том числе интеллигенция: писатели, ученые и др. Особенно сильному влиянию идей индуизма поддалась Римско-Католическая Церковь. В 1968 году отмечалось 75-летие миссионерской деятельности Вивекананды на Западе. К этой дате был приурочен Симпозиум Религий, организованный чикагским обществом Веданты имени Вивекананды. Римский католицизм представлял доминиканский богослов из университета святого Павла отец Роберт Кэмбл. Открыл собрание Свами Бхашьянанда, прочитав послания с пожеланиями добра от трех выдающихся деятелей. Второе из этих посланий было от американского кардинала.

Послеобеденное заседание открыл отец Кэмбл докладом о конфликте в современном католицизме между традиционализмом и модернизмом. Он сказал: «Проводившиеся в моем университете опросы студентов-католиков доказали, что за последние пять-шесть лет наблюдается заметный сдвиг в сторону либеральных взглядов. Я знаю, что великий Свами Вивекананда сам одобрил бы большинство тенденций в направлении либерального христианства». Отец Кэмбл, как видно, и не догадывался, что упомянутые им модернистские доктрины не имеют ничего общего с христианством, что это самая простая и чистейшая философия Веданты.
Чтобы не быть голословными, приведем высказывания отца Кэмбла, сформулированные им в виде пяти принципов .

1. Об истине: «Истина – вещь относительная, доктрины и догмы (о природе Бога, о том, как должен жить человек, о загробной жизни) – не застывшие истины, они меняются, и мы подходим к тому пункту, когда мы отрицаем некоторые вещи, которые мы прежде утверждали как священные истины».
2. О Боге: «Иисус – Божествен, верно, но ведь и каждый из нас может быть божественным. Собственно говоря, по многим пунктам, я думаю, вы обнаружите, что взгляды либеральных христиан постепенно сближаются с Востоком в большей части философских воззрений – как в концепции безличного Бога, так и в утверждении, что все мы божественны».
3. О первородном грехе: «Это понятие весьма неприятно для либерального христианства, которое считает, что человек может совершенствоваться при помощи обучения и должного воспитания».
4. О мире: «Либералы утверждают, что мир можно сделать лучше и что мы должны посвятить себя построению более гуманного общества, вместо того чтобы стремиться попасть на Небо».
5. О других религиях: «Либеральная группа говорит: «Не тревожьтесь о таких старомодных вопросах, как поиски новообращенных и прочее, давайте создавать лучшие отношения с другими религиями».
Так высказывается отец Кэмбл от лица католиков-модернистов.

Нетрудно заметить, что эти пять принципов совершенно несовместимы с христианским вероучением. Прокомментируем кратко каждый из них.

1. Христианство всегда признавало, что Бог есть Абсолютная Истина. Он открывается человечеству во Христе (Который Сам заявил о Себе, что Он – Истина (Ин. 14, 6) и во Святом Духе (называемом в Евангелии Духом Истины (Ин. 15, 26). Христианство (точнее сказать, Православие) всегда признавало, что те истины, которые необходимо знать человеку для спасения (о Боге, о мире, о самом себе), во всей полноте и неискаженности хранятся в Церкви, которая называется столп и утверждение истины (1 Тим. 3, 15). Утверждать, что нет Абсолютной Истины, – это все равно, что утверждать, что нет Бога, нет Христа, нет Святого Духа, нет Церкви. Совместимо ли это с христианством?

2. Христианство учит, что между Христом и всяким другим человеком – принципиальное различие. Христос – не просто человек. Он – Воплотившийся Бог, Единородный Сын Божий, Богочеловек. Всякий другой человек может стать лишь богом по благодати, то есть приобщиться к Божественной жизни лишь с помощью Христа. Христос – наш Творец, Промыслитель и Судия, тогда как всякий другой человек – творение, которое не может существовать без высшего Промысла о нем и которое даст отчет за свою жизнь, то есть будет судимо на Страшном Суде. Поэтому ставить знак равенства между Божественностью Христа и «божественностью» каждого человека – это значит отрицать, что Христос – Воплотившийся Бог (Творец, Промыслитель и Судия). А это тезис антихристианства.

3. Тезис о первородном грехе направлен против христианского учения о спасении. Согласно этому учению, человечество поражено грехом «под корень»: всякий человек уже в силу самого рождения отравлен ядом греха и потому подлежит смерти и не может войти в Царство Небесное. То есть никакой человек не может спастись сам никаким обучением и воспитанием. Только извне, от Всемогущего Бога, может прийти к нему Спаситель и только Такой, Который Сам чужд всякого греха, в том числе и первородного (именно по этой причине Христос и родился от Девы, а не путем брака). Понятно, что если отрицать первородный грех – тогда и Спаситель не нужен!

4. Идея о построении «гуманного общества» поворачивает цель христианства на 180°. В Евангелии сказано, что нужно искать Царства Божия, и тогда все остальное приложится (Мф. 6, 33), а модернисты предлагают, наоборот, устроиться на земле получше, вопреки многочисленным указаниям Писания, не обещающего христианам земного благоденствия (см., например, 2 Тим. 3, 12).

5. Вопрос о других религиях – это вопрос о единственности истины. Если истина есть, она может быть только одна, соответственно, и истинная религия – только одна. А остальные религии могут быть только ложными! Что же может получиться хорошего из смеси истины и лжи? Отсюда ясно, что к объединению с другими религиями может стремиться только ложная религия, ибо видов лжи действительно много. Христианству же подобное стремление в принципе чуждо, ибо оно обладает полнотой истины (имеется в виду, конечно, неискаженное христианство, то есть Православие).

Таким образом, для всякого, кто хоть сколько-нибудь знаком с христианством, ясно, что в этих «пяти принципах» христианское вероучение искажено до полной противоположности. В них Христос перестает быть Путем, Истиной и Жизнью; спастись, оказывается, можно и без Него, самому человеку, да и спасение-то состоит в том, чтобы получше устроиться на земле, зачем стремиться в Царство Небесное!

Такой решительный поворот к индуизму, наверное, и обусловил эффективный успех последнего, успех Свами Вивекананды, или силы, двигающей им. Она окончательно расправилась с самой многочисленной и весьма могущественной христианской организацией, располагающей колоссальными материальными средствами и великолепно налаженной структурой. Образно говоря, сторожевые псы католицизма приняли вора за друга своего хозяина, и дом был ограблен у них на глазах. Вор сказал: «Давайте установим взаимопонимание всех вер», и его пропустили в ворота. Это была такая простая уловка!.. Христианские индуисты (Свами Вивекананда) просто пересказали философию Веданты, пользуясь христианской терминологией. А вот индуистским христианам (католикам-модернистам) пришлось расширить свою религию, включить в нее индуизм, и получился неоиндуизм. Тогда истина неизбежно превратилась в заблуждение, а заблуждение – в истину.
Увы, кое-кто хотел бы ввести и Православную Церковь в этот опустошенный дом. Но пусть модернисты вспомнят слова пророка Исаии: горе тем, которые зло называют добром, и добро – злом, тьму почитают светом, и свет – тьмою, горькое почитают сладким, и сладкое – горьким! Горе тем, которые мудры в своих глазах и разумны пред самими собою! (Ис. 5, 20-21).



Чем привлекает индуизм?

В качестве ответа на этот вопрос приведем признания одной американки, которая, начав в старших классах школы в католическом монастыре, 20 лет занималась практическим индуизмом, пока, наконец, по милости Божией, не обратилась в православную веру.
«Заманчивость индуизма, – сообщила она, – играет всеми оттенками спектра: там есть все соблазнительное для любого чувства, привлекательное для любой слабости, но особенно – для гордыни. И я, будучи чрезвычайно гордой даже в шестнадцать лет, пала жертвой именно этих приманок. Я не могла справиться с проблемами первородного греха, ада и вечных мук. До приезда в монастырь я их вообще не принимала всерьез. Тогда Свами дал мне интеллектуально удовлетворительные догмы. Ад, как казалось, представлял собой только временное состояние души, навлеченное нашей собственной дурной кармой (прошлыми деяниями) в этой или в прошлой жизни. И, разумеется, конечная причина не могла иметь бесконечных последствий. Первородный грех был чудесным образом превращен в первородную божественность. Это было мое прирожденное право, и ничто, что бы я ни сделала, не могло отменить этот великолепный исход. Я была божественна. Я была бог: "Бесконечный сновидец, видящий конечные сны"».

Что же касается проблемы мук, индуистская философия (Веданта) дает поистине элегантную систему, которая легко расправляется с этим вопросом. В двух словах, боль – это «майя», или иллюзия. Она в реальности не существует, более того, адвайтист может доказать это.
В вопросе спасения индуизм опирается на следующее вполне естественное заблуждение: человек может стать совершеннее через обучение (в их терминологии – «система гуру») и через «эволюцию» (постоянное прогрессивное развитие человека в духовном плане). Доказательства приводятся с точки зрения относительности культуры; в наше время эта точка зрения стала настолько почитаемой, что считается поистине грехом (среди тех, кто не верит в грех) сомневаться в относительности чего бы то ни было. Что может быть разумнее того, что разные нации и народы поклоняются Богу по-разному? Бог, в конце концов, – всегда Бог. А разные формы поклонения ведут лишь к общему религиозному «обогащению».

Но, может быть, главное, убедительное и привлекательное положение индуизма – прагматизм. Вся философская конструкция индуизма опирается на практические религиозные конструкции, которые ученик получает от своего гуру. С помощью этих практических упражнений ученик должен на собственном опыте убедиться в истинности индуистской философии. Ничто не должно быть принято на веру. И, вопреки общему представлению, там нет никаких тайн – только громадное количество эзотерических знаний, так что попросту нет и никакой надобности в вере. Вам говорят: «Попробуйте – и убедитесь, что это действует». Такой прагматический подход в высшей степени соблазнителен для западного склада ума: он кажется таким «научным»! Но почти каждый ученик сразу же впадает в некую логическую ошибку: если упражнения действуют (а они действуют), он верит, что система верна и, соответственно, доброкачественна. Но это, разумеется, не вытекает одно из другого. Единственное, что можно утверждать: если упражнения действуют, значит, они действуют. Однако, если эта логическая ошибка допускается, вы можете понять, какая малая толика психического опыта может стать для несчастного ученика весьма убедительной!

Эта мысль приводит нас к последнему соблазну, о котором хочется упомянуть, – к «духовным опытам» индуистов. По своему происхождению они – психические и, можно сказать, представляют собой диавольские наваждения. Но кто из практикующих в индуизме имеет хоть какое-нибудь средство отличить заблуждение от истинного духовного переживания? У них нет меры вещей. Однако не подумайте, что то, что они видят, слышат, обоняют и осязают в своих опытах, – всего-навсего простое умственное заблуждение. Это не так. Это то, что наше православное предание называет прелестью, то есть лестью (обманом) в высшей степени. Это очень важное слово, потому что оно точно характеризует состояние, в котором пребывает человек, переживающий индуистские «духовные опыты». В английском языке нет точного перевода слова «прелесть». Оно охватывает все виды ложных духовных опытов – от простой иллюзии и обмана до настоящей одержимости. В каждом случае подделка принимается за истину, а общий результат всего этого – раздувание гордыни. Теплое, приятное ощущение особой собственной значительности охватывает человека, находящегося в прелести, и оно вознаграждает его за все его аскетические подвиги и страдания.
Таким образом, основная причина привлекательности индуизма заключается в том, что он льстит человеку: льстит его разуму, извращая и перетолковывая в угоду ему слишком «жесткие» истины христианства; льстит его чувствам, предлагая особые, «духовные», ощущения и переживания; а главное – льстит человеческой гордыне, которая под влиянием этой лести развивается до чудовищных размеров. Тем самым получается результат, прямо противоположный тому, что достигается в христианстве. Вместо христианского смирения, которое сознает, что без Христа нельзя делать ничего истинно доброго (Ин. 15, 5), что сила Божия совершается в немощи человеческой (2 Кор. 12, 9), индуизм горделиво утверждает, что спасение человека – дело рук самого человека. Вивекананда выразил это так: «Кто может прийти на помощь Бесконечному? Даже рука, протянутая тебе из тьмы, должна быть твоей собственной рукой».

Если христианство говорит об узком пути, ведущем в Жизнь Вечную, о послушании Церкви, о подчинении заповедям Евангелия, то индуизм, наоборот, предлагает вполне комфортабельный широкий путь. Веданта провозглашает полную свободу для каждой души быть самой собой. Она отвергает какое бы то ни было различие между священным и мирским: это только разные способы выражения ее единственной истины, а единственная цель всякой религии – угодить прихотям любого темперамента, дать бога и обряды, подходящие для каждого. Другими словами, любая религия дает возможность «делать свое собственное дело» – не угождать Богу (как в христианстве), а угождать самому себе. Не прямой ли это отказ от Бога во имя низкой языческой самости?..
Впрочем, как и всякая ложь, индуизм, много обещая человеку, не выполняет своих обещаний: обещая свободу, делает его рабом страстей и диавола. В чем это проявляется конкретно, рассказывается в следующих разделах.



Что означает принцип «равенства религий»

Когда в конце XIX века в Америке были организованы первые общества Веданты, усилия прежде всего были направлены на то, чтобы доказать, что нет никакой реальной разницы между индуизмом и христианством; что между ними не только нет никаких разногласий, но что хороший христианин с помощью индуизма должен стать лучшим христианином, ибо, изучая и практикуя индуизм, он может познать истинное христианство. В своих ранних лекциях Свами Вивекананда пытался показать, что понятия, присущие только христианству, – Логос и Крест – в действительности ведут свое происхождение из Индии. А идеи, которые, как кажется, присущи только индуизму, – перевоплощение, переселение душ и «самадхи» (транс) – можно найти и в христианских писаниях (при условии их правильного истолкования).
Для современного индуизма такая приспособляемость – весьма характерный прием. Вивекананда был достаточно предусмотрителен, чтобы понять, что учение Веданты в чистом виде – «с подачи» не увлечет за собой христиан. И чтобы не оттолкнуть, а привлечь к индуизму западное общество, Свами старался везде и всюду пропагандировать принцип равенства всех религий. Он говорил: «Не надо спорить! Все религии истинны. Различия кроются лишь в уровнях истинности». Как говорил Вивекананда, «человек не идет от заблуждения к истине, а поднимается от истины к истине, от истины, которая ниже, к истине, которая выше. Сегодняшняя материя – дух будущего. Сегодняшний червь – завтрашний бог».

Этот принцип «уровней истины» представляет собой прекрасный мост к объединению индуизма с любой религией. Как сказал сам Свами, «коль скоро одна религия истинна, и все остальные должны быть тоже истинны. Так что вера индуизма настолько же ваша, как и моя. Мы, индуисты, не просто терпим, мы объединяемся с каждой религией, молясь в мечети с магометанами, поклоняясь огню с зороастрийцами, преклоняя колени перед крестом – с христианами. Мы знаем, что все религии, от самого низкого фетишизма до самого высокого поклонения Абсолюту, – это всего-навсего различные попытки человеческой души постигнуть и осознать Бесконечное. Так что мы собираем все эти цветы и, связав их вместе нитью любви, создаем из них дивный букет поклонения».
Казалось бы, какой прекрасный принцип? Разве не к тому же стремится все человечество – к миру и взаимопониманию? Разве не в этом видит свою задачу и христианство – во всеобщей гармонии и любви? Но не будем спешить с выводами!.. Присмотримся поближе, что же кроется на самом деле под заманчивой этикеткой «равноправия религий».

«Да, все религии истинны, – утверждает Вивекананда, – но... Веданта – это самая высшая истина». Другими словами, все религии – это только ступени к одной, наивысшей, религии – Адвайты Веданты. Вивекананда особенно презрительно относился к христианству, которое в лучшем случае считал «низкой истиной» – дуалистической (двойственной) истиной. В частной беседе он заметил, что только трус подставляет другую щеку. И что бы он ни говорил о других религиях, он неизменно возвращался к необходимости Адвайты Веданты. «Искусство, наука и религия, – говорил он, – это только лишь три различных способа выражения единственной истины. Но, чтобы понять это, нам нужна теория Адвайты».
Таким образом, на поверку выясняется, что пропагандисты индуизма понимают равенство религий в выгодном для себя смысле: любую другую религию они считают лишь частным случаем своей, а свою – универсальной, способной объединить все религии. Ясно, к чему приведет, если кто-то (скажем, христианин или мусульманин) признает этот принцип верным. Тогда получится, что человеку легче отказаться от своей религии (христианства или ислама) и принять индуизм: ведь это то же самое, только лучше!
Вот как принцип мнимого равноправия религий становится для индуистских миссионеров средством обращения простаков-иноверцев в свою религию.

Добавлено спустя 1 минуту 2 секунды:
Война догматов

Особенно сильным нападкам со стороны индуистов подвергается учение Христа. Тех, кто попадает к ним в руки, учителя индуизма стараются воспитать так, чтобы их ученики как можно меньше знали и вспоминали о христианстве. Приведем снова воспоминания американки, 20 лет проходившей школу практического индуизма.

«Мой гуру держал под контролем все мои действия, и все это время я была буквально «затворницей», хотя и в миру. Суровые запреты Свами помешали мне читать христианские книги и разговаривать с христианами. Несмотря на все их претенциозные разглагольствования о том, что все религии истинны, Свами знает, что Христос – их возмездие. Так что в течение двадцати лет я была полностью погружена в изучение восточной философии и практическое изучение ее дисциплин. Мой гуру приказал мне получить ученую степень по философии и антропологии, но это были только побочные занятия, которые заполняли время между важными событиями моей жизни: временем, проведенным с Свами, и временем, потраченным на обучение и практику Веданты».

Тех же, кто еще не попал в плен индуистских идей, учителя с Востока стараются, как уже сказано выше, привлечь к ним, обращая внимание на сходство индуизма с христианством. Сходство, разумеется, мнимое, чисто внешнее, и не идет дальше поверхностных аналогий.
Например, между христианской Троицей и триадой индийских божеств (Брахма, Вишну, Шива) – различие принципиальное. Христианский догмат веры утверждает истину, непостижимую для рассудка: Бог существует в Трех Лицах при полном единстве существа, тогда как индуистская триада – это вполне обычные три отдельные индивидуума. К тому же и само число «три» здесь совсем не обязательно: некоторые ветви индуизма сокращают «троицу» до «двоицы», отводя Брахме подчиненную роль; другие, наоборот, добавляют четвертое божество, например Кришну .

Или возьмем идею воплощения. В христианстве Бог становится человеком вполне истинно, так сказать, на самом деле и не на время, а навсегда воспринимает человеческое естество. В индуизме же, как и во всех языческих религиях, воплощения божества – это скорее игра, маски, которые божество надевает и меняет одну за другой.

Но, пожалуй, самый характерный пример чисто внешнего сходства христианства и индуизма при полной противоположности их сути – идея Креста. В индуизме это просто распространенный символ (как тут не вспомнить печально известную нацистскую свастику!), похожий по внешнему начертанию на христианский крест. Но сама христианская идея Креста – идея искупительных страданий, идея Жертвы, которую приносит Воплотившийся Бог Христос за грехи всех людей, ради которой Он и воплощается в человеческое естество, смиряясь до положения раба, – эта идея абсолютно чужда индуизму. Ни один из основателей многочисленных течений индуизма не оказался способным к тому, что сделал Христос: взойти на крест, пострадать и умереть за своих последователей.

Таким образом, несомненно можно утверждать, что проповедники индуизма «передергивают» факты и изменяют понятия, когда пытаются найти христианские догматы в своем учении. Но столь же несомненна несостоятельность обратного, когда они стараются свои языческие учения обнаружить в христианстве. Например, учение о «переселении душ», по их утверждению, содержится и в Евангелии: в том месте, где об Иоанне Крестителе говорится как об Илии, который уже пришел (Мф. 17, 12-13). Понятно, что это «толкование» совершенно произвольно и противоречит церковному пониманию данного текста, согласно которому Иоанн Креститель и Илия имеют сходство в своем служении: один из них – Предтеча Первого Пришествия Христова, а другой – Второго Пришествия (перед Страшным Судом). Поэтому об Иоанне Крестителе и сказано, что он действует в духе и силе Илии (Лк. 1, 17), но это – две разные личности. К тому же учение о «переселении душ» вполне недвусмысленно осуждено на Пятом Вселенском Соборе, где сказано: «Церковь, наученная Божественными Писаниями, утверждает, что душа творится вместе с телом (т.е. в момент зачатия. – Ред.), а не так, что одно прежде, а другое после».

Итак, по сути, между христианством и индуизмом нет ничего общего. Более того, можно решительно утверждать, что они противоположны. В основе христианства – личный Бог, ставший человеком, – Богочеловек Иисус Христос, и именно Он – Спаситель всех человеков. В основе индуизма – безличное божество, и каждый человек способен спастись сам, становясь человекобогом. Как откровенно признался Вивекананда, «мы, индийцы, в конечном счете – человекопоклонники. Наш бог – это человек!»
Почему же все-таки многие люди ловятся на приманки индуизма? Неужели они не замечают столь резких различий между вероучениями христиан и языческого по своей сути Востока? Увы, да. Одну из причин столь печальной духовной слепоты мы уже упоминали: индуизм льстит человеческой гордыне, он не требует того, к чему призывает христианство и без чего оно немыслимо: смирения, сознания собственной беспомощности в борьбе со злом, гнездящимся внутри самого человека.

Впрочем, есть и другая причина, благодаря которой пропагандисты индуизма добиваются успеха среди христиан, это – религиозное невежество. К сожалению, мало кто из именующих себя христианами сколько-нибудь основательно знаком с истинами своей веры. Более того, в просторечии «догма» – термин, произносимый с оттенком презрения. Это презрение не может зародиться у того, кто знает, что речь идет о самом драгоценном наследии Церкви. Однако коль скоро такое недоброе мнение закрепилось, робкие люди, которые никогда не хотят быть причисленными к чему-то непопулярному, начали говорить о «застывшей догме» со скрытым, но вполне определенным оттенком неодобрения. Это пренебрежительное отношение к вероучению было незаметно насаждено «свободомыслящими» критиками, которые или не знают, что в догматах заключена сама суть христианства, или попросту не очень одобряют само христианство.

Последовавшая в результате этого склонность многих христиан отступать, как только их обвинят в приверженности к догмам, оказала индуистам немалую помощь. Пропагандисты индуизма не уставали повторять, что «традиционное» христианство устарело, что оно себя «не оправдало» и нуждается в улучшении. И те христиане, которые поддавались уговорам и соглашались отказаться от «устаревших» догматов, даже не подозревали, что становились жертвой элементарной логической ошибки: они просто меняли одну догматическую систему на другую. Не вникая в сущность учения христианства и потому не ценя его как следует, они отдавали его в обмен на обыкновенное (древнее) язычество, которое только выглядит более сложным, чем есть на самом деле, благодаря различным украшениям: некоторому завораживающему санскритскому жаргону и тонким философским хитросплетениям. И в общем-то надо признать: позор для современных христиан, что они так плохо знают свое духовное сокровище – драгоценное наследие, которое оставили нам великие отцы древности, те истины, за которые они проливали кровь и с готовностью отдавали жизнь. И сбываются над современными христианами слова Апостола Павла: ... будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; и от истины отвратят слух, и обратятся к басням (2 Тим. 4, 3-4).



Практика индуизма – поклонение бесам, а не Богу

Учителя индуизма (в принципе, любого из его направлений) всегда подчеркивают, что догматы в их «системах» – вещь второстепенная, главное – практика. Когда ученик получает посвящение у своего гуру, он получает санскритскую мантру (личную магическую формулу) и индивидуальные религиозные обряды. Все они исключительно эзотерические и существуют только в устной традиции. В печати вы их не найдете и вряд ли узнаете о них у посвященного, так как существуют строжайшие запреты, сохраняющие все в полной тайне. По сути дела гуру предлагает ученику проверить философию индуизма своим собственным опытом.

Практическая направленность индуизма – это, пожалуй, и есть то основное, что привлекает к нему людей. В самом деле, разве не заманчиво получить в результате освоения неких комплексов упражнений определенные «сверхспособности», или «сиддхи»? Какие же это способности? Чтение мыслей, силы исцелять или убивать, «материализовать предметы», предсказывать будущее и так далее, то есть полный набор смертельно опасных психических «трюков для гостиной». Все эти внешние эффекты сопровождаются и особыми внутренними переживаниями. Ученик испытывает состояния «безграничного блаженства» и «покоя». Его посещают видения «божеств» и «света».

С христианской точки зрения, все это – обыкновенные проявления прелести, то есть состояния ложной духовности.

Источником «сверхспособностей» и особых ощущений является не Бог, а падший ангел – сатана. Впрочем, в практическом индуизме намеренно затушевывается вопрос о том, откуда берутся заманчивые «сиддхи». Постановка дела напоминает обычный договор: если вы делаете Х, то получаете Y. Открывающиеся при этом «перспективы» кажутся настолько блестящими, а упражнения (на начальной стадии) – настолько безобидными, что ученик очень редко спрашивает, откуда происходят его переживания и кто отпускает ему их в кредит – в форме сил и «прекрасных» ощущений. Это – классическая фаустовская ситуация, но только практикующий не знает одного: ему придется расплачиваться за нее ценой своей бессмертной души.

Существует широкий набор практических упражнений, подходящих к любому темпераменту. Избранное божество может иметь форму (бога или богини), а может и не иметь (Абсолютный Брахман). Отношения с избранным Идеалом также варьируются: это может быть «позиция» ребенка, матери, отца, друга, возлюбленного, слуги или, как в Адвайте Веданте, отождествление «Я – это Он». Во время посвящения гуру дает своему ученику мантру, и это определяет тот путь, которым он будет следовать, и упражнения, которые он будет делать. Гуру предписывает и то, как ученик должен вести себя в повседневной жизни. Следующие Веданте одинокие ученики не должны вступать в брак – все их силы должны быть направлены на успех в практических упражнениях. Серьезный ученик не ест мяса, так как мясо снижает остроту восприятия. Гуру почитается буквально как само божество, для ученика он – спаситель.

Даже при поверхностном знакомстве с индуистскими «упражнениями» нетрудно заметить, что это – обычное идолопоклонство. Например, одно из «упражнений» – поклонение изваянию или изображению с приношением камфоры, благовонных курений, воды и сластей. Статуэтку могут обмахивать хвостом яка, купать, одевать и укладывать в постель. Ведантистское идолопоклонство принимает форму и самопоклонения – мысленного или деятельного, со всеми ритуальными подтверждениями. Широко распространенное в Индии выражение характеризует это самопоклонение. Оно звучит так: «Со Хам, Со Хам», то есть «Я – это Он, Я – это Он». Еще одно упражнение (джапа) предусматривает повторение санскритской мантры, данной ученику при посвящении. По сути дела, это – повторение магической формулы (заклинания), то есть призывание беса.

На более высоких ступенях практический индуизм предписывает уже откровенное поклонение злу. Свами Вивекананда говорил: «Я поклоняюсь Ужасающей! Ошибочно полагать, что всеми людьми движет только тяга к наслаждению. Столь же многие имеют врожденную тягу к мукам. Будем же поклоняться Ужасу ради него самого. Немногие дерзали поклоняться Смерти, или Кали! Будем же поклоняться Смерти».
Отметим для сведения читателей, что богиню Кали (одно из самых популярных божеств индуизма) изображают среди необузданных резни и кровопролития, с ожерельем из черепов и отрубленных голов, с гротескно высунутым, жаждущим крови языком. В индуистских храмах ее ублажают кровавыми жертвами, убивая козлов. Свами Вивекананда оправдывает это: «Почему бы и не пролить немного крови для полноты картины?» Его ученица, «сестра Ниведита», сообщает, что он говорил о богине Кали следующее: «Я верю, что она руководит мной в каждом действии и делает со мной все, что ей угодно». И ежеминутно он чувствовал ее присутствие, как будто она находилась с ним в одной комнате. Он заклинал ее: «Приди, о Мать, приди! Ибо имя твое – Ужас». И его религиозным идеалом было «слиться воедино с Ужасной навсегда».
По сути дела, поклонение богине Кали – это поклонение сатане. Но и другие разновидности индуистских упражнений, хотя и не в столь явной форме, представляют собой служение бесам. Существуют, например, практические упражнения, относящиеся к тантре – поклонению Богу как Матери, женскому началу, силе, энергии, всему эволюционному и действенному. Эти упражнения называются пять «М». Они полны неприкрытого зла и достаточно отвратительны, чтобы их описывать. Но и они нашли свой путь в страны Запада. И даже сравнительно безобидные дыхательные упражнения пранаямы (регулирования дыхания) устанавливают определенную связь человека с нечистой силой, ибо эти упражнения рекомендуется делать в сочетании с джапой, то есть с произнесением мантры (с призыванием беса).

Таким образом, под предлогом заботы о здоровье и развитии способностей человека индуистские проповедники прямо ведут к погибели, накрепко опутывая несчастную жертву сетями диавола.



Индуистские упражнения – путь к духовной смерти

Может быть, скажет кто-нибудь, практический индуизм приносит все же какую-то пользу? Ведь существуют же спорт, лечебная гимнастика, разные методы психотерапии! Неужели и это все – поклонение нечистой силе? Неужели из богатой многовековой практики индуизма нельзя извлечь ничего полезного, хотя бы для физического здоровья людей?

Увы, да! Индуизм опасен именно тем, что он никогда не ограничивался чисто физическими методами. Он старается воздействовать на всего человека – не только на его тело, но и на душу. Все физические упражнения – это, по сути дела, религиозные обряды, которые «раскрывают» человека по отношению к таинственным «внешним силам», источник которых старательно и вполне намеренно замалчивается... Так что когда у людей появляются «сверхспособности», непонятно – откуда же они, от скрытых возможностей самого человека или от вмешательства «внешней силы»? А этой внешней силой, по указанию христианства, может быть только сила демоническая, ибо без помощи Христа, без правильного христианского подвига очищения души от страстей человек не способен выйти за пределы тварного, не в силах возвыситься над своим падшим состоянием, исцелиться от греха. И в этом состоянии, если человек выходит за пределы обычной земной реальности, он может встретиться только с миром падших духов – демонов, и «сверхспособности», которые он может получить, проистекают из вполне определенного источника – от сатаны. И, получая их, человек тем самым губит самое дорогое, что есть у него, – свою бессмертную душу.

В том, что индуистские упражнения наносят вред душе человека, можно убедиться еще и следующим образом. Вспомним снова, что индуизм не только не отвергает, но и приветствует поклонение злу – в лице богини Кали. Между тем поклонение богине Кали – весьма яркий пример нравственной беспринципности индуизма. Это религия, по сути дела, не знает различия между добром и злом. Приведем опять слова Вивекананды: «Кто не может утверждать, что Бог не может проявлять Себя в виде зла, как и в виде добра? Но только индуист осмеливается поклоняться Ему как злу».

Нужно ли говорить, насколько это положение противоположно учению христианства, которое утверждает, что Бог – это Абсолютное Добро, а единственным источником зла является злоупотребление свободой тварными существами – бесплотными духами и наделенными плотью людьми. Именно злоупотребляя своей свободой, падшие духи – демоны и подчинившиеся им люди вносят беспорядок во Вселенную. Грех – нарушение воли Божией, преступление против законов, данных Богом, – и есть первопричина всякого зла. А то, что мы обычно воспринимаем как зло – болезни, бедствия, всякого рода неустройства – это уже зло, так сказать, вторичное.

Именно в понимании греха, в отношении к нему и проявляется коренное различие между христианством и индуизмом. Для христианина главное – оправдание перед Богом, главное – жить так, чтобы стараться меньше грешить; а поскольку не грешить человек не может, хотя бы он прожил на земле только один день, ему необходимо постоянное покаяние. Именно покаяние составляет основу духовной жизни в христианстве, оно, по выражению преподобного Иоанна Лествичника, есть «завет с Богом об исправлении жизни». В связи с этим на всех этапах духовного совершенствования важно не забывать о своей греховной немощи (1 Ин. 1, 8), ибо это предохраняет человека от новых падений. Что же касается благодатных даров – исцелений, прозорливости и т.п., которые проявляются на определенном уровне очищения души, то они – не главное, а второстепенное. «Видеть свои грехи важнее, чем увидеть Ангела или воскресить мертвого» – таково золотое правило православной аскетики, позволяющее подвижнику сохранить смирение и при высоких духовных дарованиях.

В индуизме же все построено наоборот: в упражнениях главное – те ощущения, которые человек приобретает: ощущения легкости, спокойствия и т.п., и те «дары», которые гарантируются «продвинутым» ученикам: «исцеление», «проницательность», «суперинтеллект» и т.п. Об очищении же от грехов, в принципе, и не говорится: успехи в упражнениях сами по себе являются залогом правильности пути. Нетрудно понять, к чему это ведет: счастливый обладатель индуистских «даров» очень быстро и незаметно для себя заражается гордостью. На языке аскетики это состояние, как уже говорилось, называется прелестью, то есть лестью, которой диавол и служащие ему люди соблазняют свои жертвы. Именно о таких людях Апостол Павел сказал, что они вводят в заблуждение других и сами заблуждаются (2 Тим. 3, 13).

Прежде всего они заблуждаются относительно своего душевного состояния, ибо все, чего они достигают, – и душевное спокойствие, и восторженность, принимаемая за любовь, и даже свобода от некоторых страстей – все это происходит от гордости. Именно утешения, доставляемые гордостью, способны вызвать в человеке такие «комфортные» ощущения, и в этом смысле гордость действует, как сильнейший наркотик. Она способна заглушить в человеке все его обычные реакции, но и расплата за это бывает велика: гордость, даже при отсутствии других страстей, способна погубить своего обладателя, и, что особенно важно, человек, которым овладела гордость, не способен здраво оценивать свое духовное состояние, не способен к покаянию. Тем самым для него закрывается возможность спасения, и он становится подобным демонам.
Таким образом, индуистские упражнения двумя путями ведут человека к общению с нечистыми духами – не только через ритуалы поклонения бесам, но и через воспитание гордыни, этого излюбленного греха падших духов.




Цель индуизма – новая Всемирная религия

Миссия Свами Вивекананды была полностью выполнена во многих своих частях, но одну часть еще предстояло осуществить – создать Всемирную религию. В этом деле диавол надеется окончательно победить христианство. Ибо Всемирная религия не может признавать «индивидуалистических, сектантских» идей и не желает иметь с христианством ничего общего, кроме исторического прошлого (семантики). Образно говоря, Всемирная религия будет опустошительным пожаром, который, по замыслу сатаны и его слуг, испепелит христианство. Но для этого нужно, чтобы внутри христианской Церкви нашлись силы, которые помогли бы «взорвать» Дом Божий и на его обломках построить «новое христианство» (неохристианство).

В католической Церкви такой строитель-реформатор уже существует, это иезуитский священник Тейяр де Шарден. Он уже заложил основы «нового христианства», и они в точности совпадают с определением особенностей Всемирной религии, которое дал Свами Вивекананда. Тейяр де Шарден – «аномалия», так как, вопреки традиции католического богословия, его высоко ценят ученые-церковники, которые, вероятно, понятия не имеют о том, что он говорит. Потому что идеи Тейяра в значительной степени – плагиат из Веданты и Тантры, слепленные при помощи христианского на вид жаргона и густо приправленные эволюционизмом. Приведем для примера одну цитату:
«Мир, в котором я живу, становится божественным. Но это пламя не сжигает меня, но эти воды не растворяют меня, потому что в отличие от ложных форм монизма , которые губят нас пассивностью и бессознательностью, пан-христианизм , к которому я пришел, делает наше объединение возможным при условии бурного процесса дифференциации (разделения). Я достигну духа только через полную и исчерпывающую реализацию всех сил, заключенных в материи... Я постигаю, что, следуя примеру воплощенного Бога, который дает мне католическая вера, я могу спастись, только соединившись воедино со Вселенной».

Все это – откровенный индуизм. В нем всего понемногу – строки из Упанишад, которые легко узнать, и обрывки различных философских систем вместе с их практическими рекомендациями. На пресс-конференции, данной отцом Педро Аррупе, генералом ордена иезуитов, в июне 1965 года, он защищал Тейяра де Шардена на том основании, что «он не был профессиональным богословом и философом, так что вполне возможно, что он сам не подозревал о философских и богословских выводах, вытекающих из некоторых его интуитивных прозрений». Затем отец Аррупе воздал ему хвалу: «Отец Тейяр – один из великих мастеров современной мысли, и не нужно удивляться его славе. Он, фактически, осуществил великую попытку воссоединить мир науки с миром веры». Результатом этого воссоединения стала новая религия. И, как говорил сам Тейяр, «новая религия будет точно такой же, как наше старое христианство, только она наполнится новой жизнью, почерпнутой из законной эволюции ее догматов при их соприкосновении с новыми идеями».
Рассмотрим на этом фоне и Всемирную религию Вивекананды, и «новое христианство» Тейяра. Всемирная религия в том виде, в каком ее пропагандировал Вивекананда, должна иметь пять характерных черт.

Во-первых, Всемирная религия должна быть научной. Предмет ее исследования как в теории, так и на практике – «законы духа». Следовательно, это будет «истинная» и «научная» религия. В сущности, и Вивекананда, и Тейяр включают теоретическую научность в свою веру.
Во-вторых, основой Всемирной религии является эволюция. По словам Тейяра, «до сих пор неизвестная форма религии, какой еще никто не сумел вообразить или описать, так как нет Вселенной достаточно обширной и достаточно органичной, чтобы вместить ее, прорастает в сердцах людей из семени, посеянного идеей эволюции». И еще: «Первородный грех... связывает нас по рукам и ногам и высасывает из нас всю кровь»... потому что, «как теперь доказано, он представляет собой пережиток статических понятий, которые стали анахронизмом в нашей эволюционистской системе мышления». (Такой псевдорелигиозный образ «эволюции», который сознательно отвергается христианской мыслью, составлял существо индуистской мысли в течение тысячелетий, и каждое практическое упражнение индуизма основано на нем.)
В-третьих, Всемирная религия будет основана не на какой-либо отдельной личности, а на «вечных принципах». Тейяр уже прошел большой путь в сторону безличного Бога, когда писал: «Христос становится для меня все более и более необходимым, но в то же время фигура исторического Христа становится для меня все менее и менее реальной и определенной... Мое представление о Нем постоянно продвигает меня дальше и дальше по оси (надеюсь!) ортодоксальности». (Как ни печально, этот «неисторический» дух Христа принадлежит к индуистской ортодоксальности, а не к христианской.)

В-четвертых, главная цель Всемирной религии – удовлетворение духовных запросов мужчин и женщин самых разных типов. «Индивидуалистическое, сектантское» христианство не может этого предложить. Тейяр считал, что христианство не отвечает религиозным ожиданиям всех и каждого. Он высказывает свое недовольство в таких словах: «Христианство все еще до некоторой степени является прибежищем, но оно больше не охватывает, не удовлетворяет и даже не ведет за собой современную душу».
В-пятых (и это – последнее), в лоне Всемирной религии (или «нового христианства») все пробивают свой путь к одной цели. Для Тейяра это – Точка Омега, которая относится к чему-то неизъяснимому. Для Вивекананды это – «ОМ», священное слово индуистов: «Все человечество сходится к подножию этого священного места, где помещены символ, который не есть символ, и имя, которое вне всякого звука».

Нетрудно видеть, к чему ведет это извращение христианства – к триумфу индуизма. И «ОМ» Вивекананды, и «Омега» Тейяра де Шардена – это всего лишь псевдонимы «личности, пожелавшей остаться неизвестной», ожесточенного противника Бога – сатаны. Согласно христианскому учению, перед концом мировой истории он объединит почти все человечество в исступленной ненависти к Христу и Его истинным последователям. Как повествует Апокалипсис, сатана передаст всю свою силу и власть избранному им человеку – антихристу (Апок. 13, 2), который создаст не только мировую монархию, но и мировую религию, провозгласив себя богом (2 Фес. 2, 4).
Πυξίδα μου, Κύριε, με τη δύναμη του Τιμίου και Ζωοποιού Σταυρού, Σου, και σώσε με από κάθε κακό
Лесник
Автор темы
Аватара
Сообщения: 1132
Темы: 87
С нами: 7 лет 9 месяцев


Re: Современный индуизм и его отношение к христианству

#3 Лесник » Сб, 8 октября 2016, 11:08

Спойлер
Несовместимость духовного опыта индуизма с христианством

В 70-х годах на Западе некоторые религиозные течения Востока приобрели популярность и сумели смешаться с западным христианством. Так возникли «христианская йога», «христианский дзэн» и т.п. При этом учителя новоявленной духовности ссылаются на опыт православного Востока, на исихазм , традиции стяжания непрестанной молитвы и утверждают, что их духовный опыт – то же самое. Однако важно подчеркнуть, что йога и исихазм диаметрально противоположны, что между христианским и нехристианским духовным опытом – глубочайшая пропасть. Покажем это на двух примерах.

Пример 1. Христианская йога
Около 1960 года французский католический монах-бенедиктинец написал о своем опыте превращения йоги в «христианское» учение. Приведем некоторые высказывания из его книги.
Распространено мнение, что йога нужна только для укрепления физического здоровья. Однако это не так. Автор пишет: «Цели индийской йоги – духовные. Можно приравнять к предательству забвение этого и сохранение только физической стороны этого духовного учения, когда люди видят в ней только средство достижения телесного здоровья и красоты» (с. 54). В самом деле, хотя занятия йоги состоят в упражнениях с дыханием и в определенных физических позах, тем не менее человек, занимающийся йогой ради телесного здоровья, уже подготавливает себя к определенным духовным воззрениям и даже переживаниям, о которых он, возможно, и не подозревает. Цель физических йоговских приемов – сделать человека раскрепощенным (расслабленным), удовлетворенным, недумающим и пассивным, то есть восприимчивым к духовным идеям и впечатлениям.

Тот же автор пишет: «Искусство йоги заключается в том, чтобы погрузить себя в полное безмолвие, отбросить от себя все мысли и иллюзии, отвергнуть и позабыть все, кроме одной истины: истинная сущность человека – божественна; она есть Бог, об остальном можно только мечтать» (с. 63). И вот эту горделивую идею автор пытается приспособить к христианству! Он забывает, что христианство призывает человека думать о себе скромно (Рим. 12, 3), помнить, что он – прах и пепел (Быт. 18, 27), червь (Пс. 21, 7). Что же получается у монаха, занявшегося «христианской йогой»?

«С каждым днем упражнения, да и вся аскетическая дисциплина моей йоги прибавляет легкости, с которой благодать Христа притекает ко мне. Я чувствую, как растет мой голод по отношению к Богу, и моя жажда праведности, и мое желание быть христианином в полном смысле этого слова» (с. 11).

Любой понимающий природу прелести или духовного заблуждения узнает в этом описании «христианской йоги» точные характеристики тех, кто духовно сбился с пути, – или в сторону языческих религиозных опытов, или в сторону сектантских «христианских» опытов. То же стремление к «святым и божественным чувствам»; та же открытость и готовность быть «восхищенным» неким духом; те же поиски не Бога, а «духовных утешений»; то же самоопьянение, которое ошибочно принимается за «состояние благодати»; та же невероятная легкость, с которой человек становится «созерцателем» или «мистиком»; те же «мистические откровения» и псевдодуховные состояния. Все это – общие характерные признаки тех, кто впал в состояние духовного заблуждения. Но автор «Христианской йоги», будучи бенедиктинским монахом, добавляет некоторые особые «медитации» , которые показывают, что он мыслит полностью в духе римско-католических «медитаций» последних веков с их свободной игрой воображения на христианские темы.

Так, медитируя на тему Рождественской мессы, он начинает видеть Младенца на руках у Его Матери: «Я вглядываюсь, и больше ничего. Картины, идеи (ассоциации идей: Спаситель – Царь – Свет – Сияние – Пастырь – Младенец – снова Свет) приходят одна за Другой, проходят мимо... Все эти кусочки священной головоломки, взятые в целом, рождают во мне одну идею... безмолвное видение всего таинства Рождества» (с. 161–162). Однако каждый, кто хоть немного знаком с православной духовной дисциплиной, увидит, что этот достойный жалости «христианский йог» умудрился попасть в ловушку, расставленную одним из мелких бесов, поджидающих таких искателей «духовных переживаний»! Он даже не видел «Ангелов света», а только дал волю своим собственным «религиозным фантазиям», порождениям сердца и духа, совершенно не подготовленных к бесовским искушениям и к духовной брани. И вот подобная «медитация» в наши дни практикуется в целом ряде католических монастырей.

Тот факт, что в конце книги помещена статья переводчика «Добротолюбия» на французский язык с приложением выдержек из него, только лишь показывает пропасть, отделяющую это дилетантство от истинной духовности Православия, которая совершенно недоступна современным «мудрецам», разучившимся понимать ее язык. Достаточным доказательством некомпетентности автора в понимании «Добротолюбия» является то, что он называет «сердечной молитвой» простейший трюк – произнесение слогов в унисон с сердцебиением (с. 196); в православной же традиции умно-сердечная молитва – это наивысшая степень молитвы, которую. постигают только очень немногие после долгих лет аскетической брани и смирения.

Пример 2. Трансцендентальная медитация
Методика восточной медитации, известной под названием «трансцендентальной медитации» (сокращенно – ТМ), за несколько лет приобрела такую популярность (особенно в Америке) и ее проповедуют в столь неприлично легкомысленном тоне, что любой серьезный человек, изучающий современные религиозные течения, поначалу может решить просто не обращать на нее внимания, как на очередной объект рекламной шумихи. Но это было бы ошибкой, потому что, хотя в своих серьезных аспектах ТМ не так уж сильно отличается от йоги и дзэн-буддизма, пристальный анализ ее методики обнаруживает, что по своему характеру она даже в большей степени – подлинно «восточное» течение, чем такие несколько искусственные продукты соединения христианства и индуизма, как «христианская йога» и «христианский дзэн».
Общеизвестные сведения об этом течении таковы: ТМ была принесена в Америку (где она имела наиболее громкий успех) довольно «неортодоксальным» индийским йогом Махариши Махеш Йоги и заметно распространилась около 1961 года. В 1967 году ТМ получила самую широкую рекламу – после того, как популярные певцы (группа «Битлз») обратились к ней и отказались от наркотиков (вскоре они отошли от ТМ, хотя и продолжали медитировать). На следующий год во время турне по Америке (теперь уже с группой «Бич бойз») Махариши постигла неудача, и путешествие пришлось прервать из-за его финансовой убыточности. Тем не менее само движение ТМ продолжало развиваться: в 1971 году ему следовало уже примерно 100 тысяч медитирующих под руководством 2 тысяч инструкторов, что в Америке выдвинуло это движение на первое место среди других движений «восточной духовности». В 1975 году движение достигло своего апогея – 40 тысяч учеников в месяц, а общее число последователей – до 600 тысяч! В эти годы ТМ широко применялась в школах, больницах, армии, тюрьмах, а также в церковных общинах (включая приходы греческого епископата в Америке) – в качестве предположительно нейтральной формы «ментальной (духовной) терапии», которая сочетается с любыми религиозными взглядами и обрядами.

Курс обучения ТМ был словно специально «выкроен» по американскому образу жизни и получил следующую благосклонную характеристику: «Это курс, который научит вас добиваться духовного успеха без особых усилий» (с. 17). Сам Махариши называет ТМ методикой, «в точности похожей на чистку зубов» (с. 104). Однако другие индийские йоги вынесли Махариши строгое порицание – за то, что он обесценил вековые индийские традиции йоги, сделав ее предметом наживы и продавая ее эзотерические тайны широким массам (в 1975 году курс ТМ стоил 125 долларов, для учащихся колледжей – 65 долларов, а для учеников старших классов и для маленьких детей, соответственно, еще меньше).

По своим целям, основным принципам и результатам ТМ не слишком заметно отличается от «христианской йоги» и «христианского дзэна» – в основном простотой философии и приемов, а также легкостью достижения результатов. Как и эти учения, «ТМ не требует никакой веры, понимания, моральных принципов или даже понятия идей в философии» (с. 104). Это чистая и простая методика, которая «... основана на естественном стремлении духа искать все большего счастья и удовольствия... Во время трансцендентальной медитации ваш дух должен следовать путем наиболее естественным и приятным (с 13)... Трансцендентальная медитация – прежде всего практика, а уж затем – теория. Для начинающего самое важное – не думать, не касаться интеллектуальной области вообще» (с. 22).

Методика, разработанная Махариши, идентична для всех центров ТМ, где бы они ни находились: после двух вступительных лекций желающие платят вперед и затем являются «для посвящения», захватив с собой странный, на первый взгляд, набор предметов: три вида сладких фруктов, не менее шести свежих цветов и чистый носовой платок (с. 39). Эти предметы, помещенные в небольшую корзиночку, приносят в «комнату посвящения», где их ставят на столе перед портретом гуру, от которого Махариши получил посвящение в йогу; на том же столе горит свеча и возжигаются курения. Ученик находится в комнате наедине со своим учителем, который сам до этого получил посвящение и инструкции лично от Махариши. Церемония перед портретом длится полчаса, в нее входят тихое пение на санскрите (смысл которого посвящаемому неизвестен) и перечисление имен прежних «учителей» йоги. В заключение церемонии посвященному дается «мантра», тайное санскритское слово, которое он должен непрерывно повторять во время медитации и которое никому не известно, кроме его учителя (с. 42).

Посвящаемому никогда не дают английского перевода этой церемонии, он известен только самим учителям и посвящающим. Перевод содержится в неопубликованной книге, называемой «Священное предание», а недавно его текст появился в отдельной брошюре, в «Издании духовных подделок», выпущенной в Беркли. Эта церемония представляет собой не что иное, как традиционный индуистский обряд поклонения богам – «пуджа». Он включает и обожествление гуру Махариши (Шри Гуру Дев), и целого списка «учителей», через посредство которых он сам получил посвящение. Церемония заканчивается серией 22-х «приношений» гуру Махариши, причем каждое из них заканчивается словами: «Я кланяюсь Шри Гуру Дев». Сам посвящающий склоняется перед портретом Гуру Дев в конце церемонии, предлагает посвященному сделать то же, но только после того, как он получил посвящение (поклоны для посвящаемого необязательны, а приношения – обязательны).

Таким образом, современный агностик , обычно ничего не подозревающий, посвящается в практическую индуистскую религиозную обрядность. И совершенно незаметно его заставляют делать то, чему его христианские предки, быть может, предпочли бы пытки и мучительную смерть: он приносит жертвы языческим богам. В духовном плане, может быть, именно сладость этого греха более, чем сама психическая методика, и служит объяснением неслыханного успеха ТМ.

После посвящения ученик ТМ медитирует два раза в день по 20 минут (точно такое же время рекомендует для медитации и автор «Христианской йоги»), предоставляя своему уму полную свободу и повторяя мантру, когда она приходит ему на ум; зачастую ощущения и переживания учеников проверяются учителем. Очень скоро, иногда даже с первой попытки, человек начинает выходить на новый уровень сознания, который представляет собой не сон, не бодрствование: это и есть состояние трансцендентальной медитации, которая приводит сознание к состоянию, не похожему ни на что, известное нам дотоле и наиболее близкое к тому состоянию, которое дзэн-буддист достигает после многих лет упорного труда (с. 116). «В отличие от других религиозных дисциплин и йоги, на овладение которыми могут потребоваться годы, чтобы достигнуть результатов, которые дает нам ТМ, учителя утверждают, что ТМ можно обучить в считанные минуты» (с. 110–111).

Испытавшие это состояние описывают его, как «состояние полного удовлетворения» и сходное с тем, которое дают некоторые наркотики (с. 85), но сам Махариши описывает его в традиционных индуистских терминах так: «Это состояние превыше всего – видения, слышания, прикосновения, обоняния и вкушения – превыше всякого думания и чувствования. Это состояние непроявленного, абсолютного, чистого сознания Сущего и есть наивысшее состояние жизни (с. 28)... Когда человек развил в себе способность постоянно, когда хочет, переводить это состояние на уровень сознания, про него говорят, что он достиг космического сознания – цели всех, кто медитирует» (с. 25). На более продвинутых стадиях ТМ ученики постигают основные йоговские позы, но они не являются непременным условием успеха основной методики; не требуется даже и никакой аскетической подготовки. Как только ученик достиг «трансцендентального состояния существования», от него требуется всего лишь по 20 минут медитации два раза в день, так как эта форма медитации вовсе не представляет собой образ жизни, как это бывает в Индии, а скорее является дисциплиной (учением) для тех, кто ведет активную жизнь в обществе. Махариши прославился как раз тем, что открыл это состояние сознания всем и каждому, а не только немногим избранным.

Об успехах ТМ свидетельствуют очень многие, утверждая, что она оказывает действие почти во всех случаях: наркоманы исцеляются, семьи воссоединяются, человек становится здоровым и счастливым, учителя ТМ непрерывно улыбаются, радость в них так и бьет ключом. Как правило, ТМ не вытесняет другие религии, а усиливает почти всякую веру: «христиане», будь они протестантами или католиками, тоже находят, что она придает их верованиям и практическим обрядам большую глубину и значительность (с. 105).

Быстрый и легкий успех ТМ, который сам по себе является симптомом уменьшения влияния христианства на современное человечество, послужил также и причиной ее раннего упадка: быть может, больше, чем все остальные учения восточной духовности, это учение носило характер модного увлечения, и провозглашенное Махариши намерение «посвятить» весь мир явно обречено на провал. После максимального взлета в 1975 году, число желающих обучаться ТМ неуклонно уменьшается, что привело даже к тому, что в 1977 году было объявлено открытие новых («продвинутых») курсов обучения, явно придуманных ради того, чтобы подогреть интерес и возродить энтузиазм публики. Эти курсы должны дать посвященным «сиддхи» (или «сверхъестественные силы» индуизма) способность проходить сквозь стены, становиться невидимкой, левитировать (летать по воздуху) и т.п. Эти обещания обычно встречаются с циничной усмешкой, несмотря на то, что в брошюрах о ТМ помещаются фотографии «левитирующего» медитатора . Дадут или не дадут эти курсы (стоимостью до 3000 долларов) результаты, на которые они претендуют и которые являются законной областью традиционных индийских «факиров»? Сама ТМ разоблачает себя как скоропреходящая стадия оккультных увлечений второй половины XX века. Опубликованы уже многие примеры того, как и учителей, и учеников постигают телесные или душевные заболевания; для тех, кто забавляется оккультизмом, обычны умственное и эмоциональное расстройства, самоубийство, покушение на убийство, одержимость демонами.

В 1978 году федеральный суд США вынес решение о том, что ТМ по своей природе является не научным, а религиозным течением и что такая дисциплина не должна преподаваться в общественных учебных заведениях. Это решение, несомненно, ограничило распространение влияния ТМ, однако она продолжает свое существование как одна из многочисленных форм медитаций, которые многим кажутся совместимыми с христианством, – еще один печальный признак нашего времени!

Двух рассмотренных примеров, наверно, достаточно, чтобы понять, что индуистская духовность несовместима с христианством.
Почему мы так категорически утверждаем это?

1. Индуистская духовность не имеет никакой опоры в христианских традициях или практике, но является чистейшим продуктом восточных языческих религий, стремящихся слиться с христианством, более или менее приближенных к западному мышлению и даже иногда претендующих на «нерелигиозность». Они не только распространяют ложное, несогласное с учением христианства воззрение на духовную жизнь, но и направляют человека (посредством языческих религиозных опытов или психических экспериментов) на ложный духовный путь, который ведет к духовному и психическому омертвению, а в конце концов – и к вечной гибели души.

2. Ощущение «духовного покоя», которое дают разнообразные медитации, обладающие особым религиозным содержанием (ТМ, некоторые формы йоги и все мирские культы) или имеющие языческое религиозное содержание (Хари Кришна, «Миссия Божественного Света» и т.п.), – это проникновение в «космические» духовные области, где более глубинные стороны человеческой личности вступают в контакт с реальными духовными существами. А космос в нынешнем его состоянии – это «поднебесная» сфера, область обитания падших духов, низринутых в наш видимый мир из высших ангельских миров. Вот с ними-то и вступают сегодня в контакт последователи индуизма. Даже сами медитирующие дзэн-буддисты, невзирая на всю свою осторожность в духовных «опытах», описывают свои встречи с этими духами (приправленные человеческой фантазией), то и дело оговариваясь, что они с ними «не отождествляются».

3. «Посвященные» в опыты духовного мира, которые дают «культы самосознания», вовлекают человека в нечто не подвластное сознательному контролю человеческой воли. Таким образом, однажды «посвященному» человеку уже чрезвычайно трудно выпутаться из сети нежелательных психических переживаний. Как правило, вразумительные беседы с людьми, занимающимися восточными культами, бывают бесплодны, ибо сердца их одержимы бесовским духом «прелести» и слова Жизни не приемлют. За них можно только молиться.

Таким образом, под влиянием практики индуизма (во всех его видах) у людей формируется «новое религиозное сознание». Оно предельно – до противоположности – искажает христианские понятия о добре и зле. Именно поэтому «христианский индуизм» становится врагом христианства, намного более могущественным и опасным, чем все ереси прошлого. Когда опыт становится впереди веры, обычные христианские орудия защиты, охраняющие человека от нападения падших духов, устраняются или нейтрализуются, а пассивность по отношению к силам зла и «раскрытость» по отношению ко всем религиям, характерные для новых культов, буквально раскрывают человека, отдавая его во власть бесов. Изучение практики и переживаний многих «культов самосознания» показывает, что в них наличествует закономерный переход от опытов, которые поначалу кажутся добрыми или нейтральными, к опытам, которые становятся странными и пугающими и, в конце концов, приобретают, несомненно, демонический характер. Даже чисто физическая сторона таких учений, как йога, таит в себе опасность потому, что они предрасполагают человека к психическому настрою и опытам, которые являются основной целью йоговских упражнений.

Сила соблазна, присущая «новому религиозному сознанию», в наше время настолько велика, что она может овладеть человеком даже тогда, когда он считает, что остается христианином. И это относится не только к тем, кто по-любительски увлекается поверхностными комбинациями христианства с восточными религиями, о которых мы говорили выше, но и к растущему числу людей, которые считают себя ревностными христианами. Глубокое невежество в области истинно христианского духовного опыта, свойственное нашему времени, приводит к ложной христианской «духовности», которая по своей природе близка к «новому религиозному сознанию».
Итак, мы видим пугающие перспективы: «новое религиозное сознание» овладевает даже ревностными христианами, в том числе и православными, до такой степени, что нам ничего не остается, как думать о духовности современного мира в апокалипсических образах «великого отступления», которое охватит почти весь род человеческий перед концом света.
Заключение

Запад завоеван. На очереди – православная Россия
Чтобы кто-нибудь не подумал, что все это от нас далеко и речь идет только об Америке и Западной Европе, приведем всего два примера того, как индуистские учения распространяются и в нашей стране. Оба примера взяты из журнала «Здоровье» (1990 г., № 11).

Пример 1. ОМ от всех болезней
На с. 27 этого журнала, в статье «Йога для всех», читаем: «На Востоке давно заметили, что различные по силе и высоте звуки по-разному воздействуют на психику и физическое состояние человека. Йоги утверждают: если произносить разные звукосочетания, растягивая определенные звуки и сосредоточивая внимание на внутренних органах, можно добиться оздоровительного эффекта. Ритмичный текст или специальные звукосочетания, подобранные для этой цели, называются мантрой».

Как аргументировано и как научно! Непонятно только, каким образом подбираются звуки: приходится в этом деле доверяться тем же йогам, которые используют подобное «наукообразие», чтобы скрыть имя беса, призываемого в мантре.

Читаем дальше: «... Одна из главных – мантра ОМ. По мнению индийских специалистов, мантра ОМ оказывает универсальное оздоравливающее действие на организм: гармонизирует деятельность внутренних органов, стимулирует работу щитовидной и паращитовидной желез, улучшает кровообращение, снимает депрессию и усталость».
Отличная реклама носителю имени ОМ, который не, просто один из главных, а самый главный, как об этом сказал Вивекананда (см. с. 38). ОМ, то есть сатана, действительно многое может, впрочем, по попущению Божию (Иов 1-2), если человек сам добровольно отдается в его власть.

Пример 2. Махариши в Москве
В поисках новых клиентов изобретатели «трансцендентальной медитации» (ТМ) прибыли в Москву. Их девиз – чтобы все было просто (с. 2-4 того же номера «Здоровья»). Неэкзотические травы, массаж, диета, музыка – все это действительно простые средства для поддержания здоровья. Но... наряду с этим – два раза в день по 20 минут занятия ТМ. И предупреждение: ТМ можно овладеть только при индивидуальном общении с учителем. Казалось бы, почему вдруг такое непростое условие при всей прочей простоте? Однако в свете вышеизложенного можно объяснить: только при индивидуальном общении ученик может пройти церемонию «посвящения» и получить свою индивидуальную мантру, или заклинание. То есть, говоря христианским языком, за каждым человеком закрепляется «демон-хранитель», на которого отныне возлагается забота о здоровье человека. Ясно, что потом ждет эту бедную душу...
Все это написано с одной целью – предостеречь.

Православные христиане!
Берегитесь, чтобы кто-нибудь не прельстил вас. Крепко держитесь за Православие. Бережно храните благодать, дарованную вам Богом. Бодрствуйте и молитесь, да не внидете в напасть (Мк. 14, 38).
Πυξίδα μου, Κύριε, με τη δύναμη του Τιμίου και Ζωοποιού Σταυρού, Σου, και σώσε με από κάθε κακό
Лесник
Автор темы
Аватара
Сообщения: 1132
Темы: 87
С нами: 7 лет 9 месяцев


Вернуться в Религии и духовные традиции: Индуизм

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 2 гостя